Автор
Прекрасный сон был нарушен самым лучшим будильником – это кот. Я приоткрыла один глаз и прошептала: "Альберт Кузьмич, сделай одолжение, уйди!" Мохнатая морда прижалась к моей щеке, усы защекотали нос. С этими пронзительными воплями "Мяу! Мяуу!! Мяууу!!!", я села на кровать и взглянула на часы – шесть утра. Представьте себе, как обидно просыпаться за полчаса до времени, когда следует вставать?...
– Сначала они под колеса кидались, а потом кричали: «Уезжайте поскорей», – ухмыльнулась Ада, – после нам вообще «зеленую» трассу открыли.
– Да ну? – не поверил своим ушам Иван. – Просто сказка.
– Быль! – отрезал Миша. – Никита сидел за рулем, а я ехал на своем «Смарте» сзади. Дюдюня сидела на диване.
Вот тут опешила я.
– Где?
– На диване, – повторила Ада Марковна.
– Э… э… э… – протянул Иван, – а диван… он же на крыше!
– Точно! – кивнула Дюдюня.
– Ты устроилась на диване, который привязали на автомобиле сверху? – задала я свой вопрос.
Ада приподняла бровь.
– Да! И что в этом странного?
– Ну… – забубнила я, – наверное, ничего.
– Нас останавливали, – подтвердил Никита, – я выскакивал из-за руля, говорил: «Ребята, я понимаю, что это запрещено, но на диване моя бабушка. Она того… с ума сошла. Везем ее в психушку. «Скорая» бабку брать отказалась, потому она старушка агрессивная! И у нее болезнь заразная – мозгожор».
– Мы договорились, что это слово – знак, – влез в его рассказ Миша, – как только Никита его произносил, Ада щелкала зубами, вращала глазами и шипела: «Давно я добрых молодцев не лопала, сейчас плюну на них, слюна парализует парнишек, и…»
Миша замолчал.
– И что? – прошептала я. – На самом интересном месте рассказ прервался.
– А ничего, – засмеялась Ада, – после слов про слюни с параличом гаишники поток машин на шоссе перекрывали и нас с почетом провожали. Мы неслись, как мэр по МКАД! Ну да хватит про диван, что у нас новенького?
– Сейчас расскажу, – пообещал Димон, – маг Астрадамус находится в больнице, его сын…
Глава шестая
– Кто такой Василий Певцов? – поинтересовался Миша, когда Коробков ввел членов бригады в курс дела.
Иван Никифорович встал и начал ходить по кабинету.
– Он широко известный в узких кругах человек, бизнесмен. Поговаривают, что может решить любую проблему.
– Владеет компанией, которая производит все для собак и кошек, – добавил Димон, глядя в компьютер, – лежанки, ошейники, поводки, попоны, игрушки, корм.
Я вздохнула. У нас вся квартира в домиках для Мози и Роки, повсюду разбросаны плюшевые черепахи, мячики, резиновые кости. У Альберта Кузьмича есть пятиэтажный дом с гамаками, столбом для лазанья. Бизнес, который построен на любви к кому-либо, как правило, приносит прибыль. Я всегда радуюсь, когда приношу «кабачкам» тряпичного енота, лису или зайца. И восторг бульдожек тоже не имеет границ.
