Автор
Я себя помню, нас всегда было двое: моя сестра и я. В детстве наши воспоминания тесно связаны, и часто кажется, что время не растекается так, как ожидается — иногда всплывают смутные образы из ранних лет, когда полтора-два года казались вечностью.
Конечно, в последнее время Мария Ивановна Бердникова уже не проводила целый день в постели, да и вообще чувствовала себя гораздо лучше, но вскакивать посредине ночи от дочкиных криков, вызванных очередным кошмаром, ей было ни к чему.
– Опять страшный сон? – спросила мама, когда Олимпиада подоткнула одеяло со всех сторон. – Ничего, Липушка, это пройдет. Всегда проходит и в этот раз тоже. Снилось все то же?
– Да. – Содержание Липиных снов Мария Ивановна знала прекрасно, поэтому рассказывать не имело смысла.
– Ты дрожишь, – заметила Мария Ивановна и погладила дочь по голове. – Беги в душ, а то простынешь. И… Липушка! Один сон ничего не меняет, ты же понимаешь.
– Конечно! Не переживай, мамочка. – Липа поцеловала маму, вечную свою спасительницу от всех детских, да и взрослых тоже, страхов в теплую, мягкую щеку. Такую любимую, такую родную. – У меня все хорошо. Не волнуйся и спи. Хорошо?
Она выскользнула из комнаты, на пороге обернулась тихонько – просто убедиться, что у мамы все в порядке, и кинулась в ванную.
Случилось страшное. В этом Липа была уверена. То страшное, к чему она была подсознательно готова все эти годы, но мысли о чем гнала прочь, тщетно уговаривая себя: мол, все хорошо, а остальное ей только кажется.
– «Medice, cura te ipsum», – пробормотала она любимое латинское изречение. – Врач, исцелись сам. Господи, что же мне со всем этим делать?
Еще год назад Липа посоветовалась бы с мамой.
