Мадам будет в красном — читать онлайн бесплатно полностью

Психопат не дезориентирован, не лишен чувства реальности, не страдает бредом и галлюцинациями. Скорее всего тот, кто это сделал, мыслит вполне рационально и осознает, что и зачем он творит. Его поступки – результат осмысленного действия.

Зубов поежился.

– А я привык бояться людей, которые ходят по улице и разговаривают сами с собой, – признался он."

"– Ты – жертва стереотипа. Таких вот тихих помешанных принято бояться, хотя они совершенно безвредны. А серийные убийцы, которые часто измываются над своими жертвами, истязают их, при этом, как правило, находятся вполне в здравом уме. С позиции современных юридических и психиатрических стандартов стремление причинять страдания не является психическим заболеванием, поэтому в ходе экспертизы таких убийц не признают невменяемыми и не освобождают от уголовной ответственности.

Зубов слушал внимательно, но по его лицу было видно, что понимает он не до конца.

– Если убийство совершает шизофреник по велению «голоса свыше», то он признается невменяемым и отправляется на принудительное лечение. У меня тут, – он кивнул куда-то в сторону потолка, – как раз такие и находятся. Если хочешь, могу познакомить.

Алексей отчаянно замотал головой.

– Но если подобное преступление совершает психопат, – продолжал Крушельницкий, – то он, как человек психически здоровый, отправляется на пожизненку. И его никто не лечит.

– Получается, серийных убийц, страдающих психическими заболеваниями, на самом деле немного? И что все маньяки – психи, это просто расхожее заблуждение? Миф?

Крушельницкий кивнул:

– Да, к сожалению. Большинство маньяков полностью вменяемы и вполне осознанно совершают свои бесчеловечные преступления. Такие, например, как эти, – он кивнул в сторону лежащих на столе фотографий. – Как говорил один из знаменитых американских маньяков Тед Банди: «Многие насильники вовсе не являются больными людьми. Они просто верят, что могут безнаказанно навязать другим свою волю».

– Хорошо, тогда еще один вопрос. Если тот, кто убил Зябликова, знал про его фантазии о крионике, значит, это близкий ему человек? Кому еще, кроме Олимпиады Бердниковой, мог ваш доктор про это рассказать?

– Если честно, я поражен Липиной осведомленностью, – ответил Стас. – Я-то с Игорем близко не общался, но вообще он был достаточно открытым человеком, так что знать могли многие. Надо у него в отделении поспрашивать.

– В прошлый раз Олимпиада Сергеевна показалась не вполне искренней… – осторожно начал Зубов, – … не все она рассказала, что сама знает.

– Ну, значит, надо спросить у нее еще раз. – Крушельницкий растер крепкой ладонью затылок, как будто у него внезапно начала болеть голова. – Олимпиада Сергеевна – человек непростой и не очень счастливый. Это из детства идет.