А к нам уже свесился рыжий Фалькор, это уже из моей группы третьекурсников. Он длинный, но худой, его легче держать за ноги, пока он будет тащить меня.
В общем, это было то еще испытание. Но парням удалось вытянуть меня из подвальной камеры.
— Почему веревку не взяли? — отдуваясь и пыхтя, спросила я, с помощью девчонок отходя от края воронки.
— Негде было, все расскажем. Вы в порядке, маэстрина? — спросила Алента и протянула фляжку. — Вода.
— В целом да. Голова болит и спина. Меня чем-то приложили и оглушили. Магия заблокирована, совсем не слушается.
— У многих так, кто попал под чары. Парни вон тоже через одного с блоком.
— Даже так? Что у вас произошло? Я думала, только меня похитили.
Мы тихонечко разговаривали, пока парни вытаскивали снизу Жака. Он парень мощный, такого даже вдвоем тянуть было непросто. Получилась пирамида наоборот. Вниз свесилось двое студентов, они тянули за руки Диппеля. А их ноги придерживали снаружи еще несколько человек. Но ничего, общим скопом справились, вытянули его. Я как раз успела напиться и опустить юбку, чтобы не светить чулками перед студентами. Ноги у меня нынешней первоклассные, тело Мариэлла мне передала отличное, но все же репутацию препода мне ронять нельзя.
— Маэстрина, — улыбнулся мне Жак, когда выбрался наружу, — я вас не сильно помял?
— Все в порядке, Жак, — кивнула я ему с легкой усмешкой.
Этот паршивец меня заодно облапал не только за задницу, но и за грудь, пока спасал. Я все заметила, но ни за что не признаюсь в этом. Буду девочкой-цветочком. К тому же прекрасно понимаю, что спасителю должны полагаться какие-то приятные бонусы, а от меня не убудет.
— В сторону все! — скомандовал один из четверокурсников.
Не помню его фамилию, но он точно трижды пересдавал мне зачет по методике подготовки стандартной базовой заготовки для противоядий пятого уровня.
Сосредоточившись, парень развел руки в стороны и начал как бы разглаживать пространство. И, повинуясь его магии, вспученный вверх кратер пола начал выравниваться и оседать. Так вот оно что! Этот мальчишка с факультета пространственных изменений.
Видно было, что ему тяжело, от натуги на лбу выступили жилы, лицо покраснело, руки подрагивали от усилий, но он справился. Правда, сразу как закончил, пошатнулся и начал заваливаться. Но его тут же подхватил и закинул на плечо, как мешок с картошкой, Анри Лефлекс, пятикурсник.
— Маэстрина, уходим.
Я быстро глянула на парнишку-пространственника. Лицо белое, в испарине, и, кажется, он в обмороке. Но дышит.