О чём книга «Мафия»
Борьба следственных органов с организованной преступностью обостряется в напряженной атмосфере Южноморска. События разворачиваются вокруг загадочного места и противостояния персонажей, что порождает новые интриги и конфликты.

Борьба следственных органов с организованной преступностью обостряется в напряженной атмосфере Южноморска. События разворачиваются вокруг загадочного места и противостояния персонажей, что порождает новые интриги и конфликты.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Мафия» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Борьба следственных органов с организованной преступностью обостряется в напряженной атмосфере Южноморска. События разворачиваются вокруг загадочного места и противостояния персонажей, что порождает новые интриги и конфликты.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анатолий Алексеевич Безуглов Легкое чтение Детективы подборки серии
Борьба следственных органов с организованной преступностью обостряется в напряженной атмосфере Южноморска. События разворачиваются вокруг загадочного места и противостояния персонажей, что порождает новые интриги и конфликты.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я интересовался и в горуправлении, и в областном… Ступака не ухватишь! Свои не выдадут ни за что — он босс! И денег на общак не жалеет. По слухам, на съезд картежников в прошлом году отвалил сто тысяч.
— А мы о кооператорах говорим: мол, денежные мешки, — заметил я.
— Да они Ступаку в подметки не годятся. И уж коли зашел разговор о кооператорах… — Шмелев вставил новую видеокассету. — Посмотрим еще один допрос.
На экране появился сам Николай Павлович и полный мужчина восточного типа. Они сидели на балконе какого-то дома. На фоне склона горы и моря.
— Директор ресторана «Воздушный замок», — пояснил следователь.
Я вспомнил недавнюю историю с хулиганским нападением на кооперативный ресторан — она так и не прояснилась до сих пор.
«…— Нет, так работать невозможно! Совершенно! — темпераментно говорил экранный директор ресторана, жестикулируя волосатыми руками. — Все, распущу кооператив к чертовой матери!
— Почему? — интересовался следователь.
— Надоело! Всем нужно класть на лапу! — все более азартно продолжал Карапетян. — Санитарному инспектору дай, пожарному — дай, торговому — дай! Фининспектору дай!.. Но это еще не все! Председателя райисполкома накорми и напои, народный контроль требует, ОБХСС тоже. Хоть по миру иди!
— Что же вы такой покладистый, Сурен Ованесович? — покачал головой Шмелев. — Мало ли кто будет просить…
— Просить?! — прямо-таки взвился Карапетян. — Просят нищие да убогие. Эти же набрасываются, как шакалы! На части рвут! Кровь высасывают, как пиявки… И попробуй не дай!
— Пошлите их всех подальше, — посоветовал Шмелев.
— Вам легко говорить, — поник головой директор ресторана. — Посмотрели бы, во что превратили мой «Замок» на прошлой неделе! У меня волосы на голове дыбом встали! Сколько я туда сил и денег вложил! Всю душу, можно сказать, отдал, а они… — Он замолчал, печально устремив глаза вдаль.
— Так вы никогда не отделаетесь от нахлебников, — сказал следователь.
— А что делать? — в отчаянии спросил Карапетян.
— Помогите следствию, чтобы вывести всех вымогателей на чистую воду. Назовите их имена.
— Вах! — грустно усмехнулся Сурен Ованесович. — Я не враг себе! Вы запишете в свои протоколы, пойдете домой и будете спать спокойно. А что ждет несчастного Карапетяна?.. Дорогой Николай Павлович, у меня ведь есть жена, дочь. Кто нас защитит? — Он безнадежно махнул рукой. — Нет, пропади все пропадом! Заберу семью и уеду подальше отсюда!
— А преступники останутся на свободе и будут тянуть с других…
— Меня это не касается!
— Но ведь кто-то должен встать на защиту справедливости!
— Один уже встал, — хмуро произнес Карапетян. — Я имею в виду нашего дядю Михея. Он хотел помочь.