Внутреннее пространство бильярдной таинственно освещалось лишь флуоресцентным светом, придавая ей мрачную и загадочную атмосферу. Белый стол с зелеными углами, ярко выделяясь на фоне темного дивана и мягких штор, стоял в середине комнаты. Вокруг него собрались фигуры из разных эпох — от предательства и гангстеров до легендарных мафиози....
Изнеженные горожане дали, однако, такой свирепый отпор, что в погромах с тех пор никто даже и не помышлял. Однако если с насилием русскоязычному населению удалось справиться, то победить голод им не удалось. Несмотря на разгром исламистов, на дружбу с Россией и на присутствие российских войск, жить некоренному населению, и в том числе семье Парфеновых, становилось все труднее и труднее. Таджикам тоже приходилось нелегко, но они все же могли найти себе работу и не подвергались опасности в повседневной жизни. Любой начальник-таджик при наличии даже самого способного безработного русского все равно нанимал таджика — лучше представителя своего клана, а еще лучше — родственника.
"Слава слушал все эти разговоры, перебивался случайными заработками, которых хватало разве что па хлеб, и изнывал от безысходности, когда вдруг встретил на улице бывшего одноклассника Джафара Касимова, сына правительственного чиновника средней руки. Приятели поздоровались, поговорили об одноклассниках, причем оказалось, что уехало чуть ли не полкласса, а затем Джафар задал вопрос, которого Слава ждал и боялся:
— Ты сейчас где?
Жизнь в стране, охваченной гражданской войной, давно приучила Славу не грубить, однако тут перед ним стоял его одноклассник, и он не выдержал и огрызнулся:
— А что, не видно? Помойкой заведую на рынке.
Однако Джафар не обиделся, а с улыбкой обнял Славу за плечи:
— Да ты не сердись, я не дурак, все понимаю. Ты в этом не виноват, просто жизнь так повернулась. Сволочь Горбачев, такую великую страну развалил, а теперь нигде порядка нет… Но что же делать, надо как-то выбираться из этого дерьма.
Джафар еще не перешел к делу, а Слава уже догадался, о чем идет речь. До него и раньше доходили слухи, что Джафар промышляет наркотиками, а его отец входит в узкий круг лиц, которые контролируют этот промысел в республике.
— Наркотики, конечно, нехорошее дело, — продолжал Джафар. — Но если есть люди, которым нужна дурь, то они ее достанут и найдутся люди, которые им ее продадут.
