Внутреннее пространство бильярдной таинственно освещалось лишь флуоресцентным светом, придавая ей мрачную и загадочную атмосферу. Белый стол с зелеными углами, ярко выделяясь на фоне темного дивана и мягких штор, стоял в середине комнаты. Вокруг него собрались фигуры из разных эпох — от предательства и гангстеров до легендарных мафиози....
Платонов набросал словесный портрет шантажиста, и Варяг, покачав головой, произнес:
— Ба, да это же Витя Тульский. Выходит, я теперь у московской братвы под колпаком. Ладно, Андрей Егорович, мне все ясно. Разговор окончен, спасибо, что потрудились зайти."
"— Так что же мне делать? — глуповато спросил Платонов.
— Да ничего особенного, — пожал плечами Варяг, — делайте все, что они попросят. Ну, разумеется, сообщая мне об этом. Советую вам проявлять в отношении меня полную искренность. Я вас смогу защитить от кого угодно, а вот от меня вас никто не защитит.
— Так кто же эти люди, которые мне угрожали? — полюбопытствовал Платонов.
— Воры в законе, — коротко ответил Варяг.
Вспоминая этот разговор с Платоновым, Варяг ругал себя за то, что сохранил на важном посту рядом с собой столь ненадежного человека. Особенно разозлило Варяга даже не то, что Платонов поддался давлению, сколько то, что он скрыл от Варяга факт шантажа и долгое время выполнял все, что от него требовали воры. Хорошо еще, что, играя в концерне, по сути дела, чисто декоративную роль, он не знал о многих сторонах деятельности своего заместителя.
За свою личную безопасность Варяг не опасался — даже если воры признают его виноватым, люди Чижевского не позволят даже волосу упасть с его головы.
