Внутреннее пространство бильярдной таинственно освещалось лишь флуоресцентным светом, придавая ей мрачную и загадочную атмосферу. Белый стол с зелеными углами, ярко выделяясь на фоне темного дивана и мягких штор, стоял в середине комнаты. Вокруг него собрались фигуры из разных эпох — от предательства и гангстеров до легендарных мафиози....
— Осмелел, сука, Федя, — процедил Колян. — Что ж это он совсем не бережется.
— А кого ему тут бояться? — возразил Зародыш. — Он как вернулся в город, так выставил все так, будто он твой законный наследник. Все и легли под него без звука.
— Да, и Надька моя тоже, — с усмешкой, не предвещавшей ничего хорошего, заметил Колян. — Но я понимаю, в чем тут дело. Федьке же никто не доложил, что я жив-здоров и на воле. Он, дурачок, меня похоронил давно. Значит, сегодня ему предстоит разговор с восставшим из гроба покойником.
— Ты что, Колян, один пойдешь? — удивился Рекс.
— А то! Что я, с Федькой и двумя бабами один не справлюсь? — пренебрежительно хмыкнул Колян. — А вы чуть попозже берите канистры с бензином и выдвигайтесь за мной. Когда я там все закончу, то знак вам подам. Ну чего ты так смотришь, Рекс? Я же этот дом отлично знаю. Мне в дверь стучаться не надо — пролезу так, как покойнику положено, без стука.
Колян поднялся и, пригибаясь, вдоль кромки кустов двинулся в сторону.
— Где он? Ни хера не вижу, — озабоченно промолвил Зародыш.
— Вон, вон, — заметив через некоторое время темную тень, мелькнувшую на фоне березовых стволов, прошептал Рекс. Тень исчезла в тени кустов и затем легко, по-кошачьи перемахнула через забор.
— А не заметят его? — опасливо спросил Зародыш.
— Не должны, — пробормотал Рекс. — Дома в эту сторону задами выходят, а на задах окон нет. Вон и света не видно нигде, хотя не спят еще."
"Между тем Колян, спрыгнув с забора и мягко приземлившись на рыхлую землю какой-то грядки, присел и надолго замер в полной неподвижности, оглядывая окрестность. В темноте виднелись высокие стебли растений, застывшие низко над землей корявые ветви яблонь. Вокруг Коляна густо звенели комары, слетевшиеся на тепло, однако на кожу они не садились, поскольку все открытые части тела Колян густо намазал кремом «Тайга».
