Но это чувство, так близко подошедшее к поверхности ещё час назад, снова спряталась куда-то в глубины его души, и теперь он не знал, что может сказать.
Яр нажал кнопку первого этажа. Лифт тронулся.
Заметив, что Андрей всё ещё дрожит, сбросил с плеч пальто и накинул ему на плечи.
Андрей задрожал почему-то ещё сильней, и Яр обнял его.
Всё так же, не размыкая объятий, довёл до машины и помог забраться внутрь.
Яр выпрямился и, подозвав стоявшего в тени подъезда Люка, сказал:"
"- Андрей у него какие-то кассеты нашёл. Посмотрите, что там. Думаю, пропавшие мальчишки. И квартиру обыщите. Знаю, проблемы будут. Но если за него заступятся – покажите кассеты. Если там кто несовершеннолетний есть, они поймут.
Люк кивнул.
- Ещё что-то?
- Я позвоню.
Яр сам скользнул в машину и подал водителю знак.
Какое-то время сидели молча. Андрей вжимался плечом в дверцу со своей стороны, будто пытался увеличить расстояние, разделявшее их.
Выдержал он недолго. Когда машина уже выезжала на Садовое, сделал вид, что его качнуло на повороте и упал на Яра сбоку, вцепился в него ногтями и замер так, упираясь лбом ему в плечо.
- Обними меня, - прошептал Андрей.
Яр молча подхватил его и прижал к себе. Так они и ехали до самого конца.
***
Яр боялся оставлять Андрея одного.
Пришлось уложить его спать у себя, и всё равно всю ночь он не мог сомкнуть глаз – лежал и разглядывал дрожащие во сне ресницы и покрасневшие веки.
«Почему это происходит?» - билось у него в голове, и он сам уже не мог вспомнить ответ. Ему было всё равно, сколько ещё людей касалось этого мальчишки, лежащего перед ним, и можно ли ему верить. Он просто хотел, чтобы Андрей всегда был рядом и больше никогда никуда не исчез.
Он вспоминал те ночи, когда они лежали вместе, в одной кровати. Яр тогда всегда засыпал первым, но спал крепко, как младенец, и ему никогда не снились сны о войне.
Теперь он видел эти сны без конца – там были он, Люк, Вано и Толик. А потом снилась посиневшая голова Вано и чёрная футболка Толика, на которой расплывалось мокрое пятно.
Яр уткнулся носом Андрею в плечо и, не просыпаясь, тот перевернулся на бок и обнял его, прижимая плотнее к себе.
- Андрей… - прошептал он и поцеловал юношу в висок.
- Я тоже тебя люблю, - услышал он у самого уха, и сам ощутил поцелуй.
Прошла неделя, и всё немного успокоилось. Андрей выглядел измученным и в клуб больше не ходил. Яр даже не заговаривал о Семёне – он и сам боялся Андрея отпускать от себя больше, чем на шаг.
Договориться с ореховскими удалось не без проблем и пришлось отдать им хорошие каналы поставок с востока, но всё же буря улеглась.
На восьмой день Яр вошёл в комнату к Андрею и какое-то время разглядывал его, сидевшего за столом и что-то писавшего в тетради. На голове у Андрея были наушники, и он явно не слышал, как Яр вошёл.