Михаил то и дело поглядывал на часы, будто ждал кого-то. Так продолжалось минут десять, и Яр не знал, радоваться ему или злиться, потому что хотелось покончить с происходящим как можно скорей.
А затем ответом на очередной наклон головы Михаила стал протяжный прерывистый гудок со стороны дороги.
Яр инстинктивно скользнул глубже в тень. Краем глаза он увидел чёрную Волгу, затормозившую у дороги. В ту же секунду поползновения Михаила стали более настойчивыми, он притянул Андрея к себе и что-то забормотал. Яр расслышал только:
- Сучёныш… как же давно я этого хотел…
Яр бросил взгляд на Волгу и увидел, как выходит из машины старший Журавлёв.
Ругнулся и, не придумав ничего лучше, запустил камнем в стекло. Тут же зазвенела сигнализация. Михаил вскочил, оглядываясь кругом.
Яр скользнул прочь от окна.
Иван недоумевающе посмотрел на него. Яр подал знак, что пора валить, и оба синхронно скользнули через ограду на улицу.
Яр схватил телефон и набрав номер Андрея зашипел:
- Выходи!
- Но…
- Выходи, я сказал!
В трубке раздались гудки, а Яр закусил губу, выжидая, кто же появится из дома раньше – Андрей или охрана.
- Шеф! – коротко крикнул Иван из своей машины.
- Вали отсюда, - пробормотал Яр и подал соответствующий знак рукой.
Взвизгнули тормоза, и машина Ивана двинулась с места.
А через минуту стало ясно, что Андрей всё-таки успевает первым.
Он нырнул в машину со стороны пассажирского сиденья, и Яр тоже тронул с места."
"Где-то вдалеке раздался грохот, и взревел мотор – Яр был уверен, что за ними гнались. Ехать домой было нельзя, и он рванул по шоссе от города, не разбирая дороги.
С полчаса позади мельтешил чёрный корпус Бумера, а затем исчез совсем, и Яр наконец затормозил.
Вокруг не было ничего, только желтоватая, выгоревшая за лето трава, простиравшаяся до самого горизонта.
Андрей сидел рядом и широко распахнутыми глазами смотрел перед собой.
- Что это было? – спросил он наконец.
Яр выдохнул и, обхватив его, притянул к себе, а затем принялся покрывать поцелуями лицо.
- Ярик, ты что? – Андрей нехотя вывернулся и, не переставая глупо улыбаться, заглянул ему в глаза.
- Всё. Хватит, - выдавил Яр.
- Что хватит-то? Записать успели?
Яр медленно приходил в себя.
- Не знаю, - сказал он и, отпустив Андрея, откинулся на спинку кресла. Трясущимися руками извлёк из кармана пачку сигарет и закурил.
Наступила тишина. Только стрекотали где-то в поле кузнечики, да едва слышалось совсем рядом мерное дыхание Андрея.
- Дурак я, - сказал Яр.
Андрей помолчал, затем повторил вопрос:
- Записать-то успели?
Яр посмотрел на него. Слабо мелькнула в голове знакомая картина и тут же исчезла, растворившись в больших и светлых глазах, смотревших на него наяву.
- Я никому не покажу эту запись, Андрей, - сказал он наконец.