В закрытом клубе "Темная Сера" Мафиози и его ласково зовущий Рики мальчик тщательно описывают азартное веселье между джинсами, отдавая предпочтение белым кафелю туалета. От дешевого поролона на грудь Мафиози и его приятеля не устают развлекаться троица друзей: он, Рики и новый знакомый....
Андрей колебался, но когда Хайдегер напомнил, что им стоит обсудить концепцию фотосъёмок для следующего номера, Андрей сдался – в Москве с ним концепции никто не обсуждал.
Джеральд был ровным в общении, довольно симпатичным внешне и упёртым как скала - Андрей чувствовал это в каждой чёрточке его лица.
Хайдегер всегда шёл до конца – это Андрей видел, пока наблюдал за его работой в офисе, и эта маленькая деталька его характера сильно смущала Андрея, потому что говорила о том, что отделаться от Джеральда, когда придёт время, будет нелегко.
Впрочем, Андрей не привык заглядывать далеко. Единственная его попытка строить планы на будущее потерпела крах, и он твёрдо смирился с мыслью, что импровизация – его всё.
Вечером после обеда было неприятно смотреть Яру в глаза – как и каждый вечер потом, когда он приходил от Хайдегера домой.
Яра он любил. Это не девалось никуда. Это чувство было большим и сильным - как кит. Оно поселилось глубоко в его душе, и Андрей не мог бы представить, что оно денется оттуда куда-нибудь.
Именно поэтому было так паршиво осознавать, что он делает то, что Яр вряд ли бы ему разрешил – но Яр тоже делал то, что сам Андрей бы ему разрешать не стал, так что Андрей успокаивал себя тем, что попросту мстит.
Месть не доставляла радости. Андрею не хватало той открытой близости, которая сложилась между ним и Яром не так давно. Хотелось восстановить утраченное, и едва задавался выходной, Андрей пытался вытащить Яра куда-нибудь. Получалось не всегда, потому что тот не хотел надолго покидать собак.
- Почему ты больше не просишь меня танцевать? – мысль всплыла в голове сама собой, когда Андрей наблюдал, как Яр сидит перед камином и читает Майн Рида на английском. Яр уже вполне сносно читал, и тем расстраивал Андрея безмерно, потому что теперь всё чаще обходился без него.
Яр поднял голову и долго смотрел на него, будто осмысливая вопрос. Яр был здесь и в то же время не здесь, и эта мрачная тяжесть поселилась в его глазах ещё ранней весной.
- Я не думал, что тебе это нравилось.
Сердце Андрея стиснула боль. Были вещи, которые ему в самом деле нравились, да. Ему нравилось доставлять Яру удовольствие – не важно, тогда или сейчас.
- Мне нравилось, что ты смотрел на меня, - Андрей сам не узнал свой голос, так глухо он прозвучал.
Яр поспорил ещё немного, а потом поймал его за руку, рванул на себя и усадил на колени верхом.
