В этом магазине, где время застывает, Славик знакомится с недружелюбной сотрудникой и странным созданием. Он отправляется вместе с ней на поиски старинного альбома, оказавшегося опасным. Матильда называет его "вещью не в себе", угрожая жизни исследователя.
Славик одновременно и сидел в зале, и был младшим братиком, уставшим, закусанным комарами. Он чувствовал его смутный сковывающий страх, от которого солнце казалось слепяще-ярким, а безмятежное чириканье птиц — издевательским. А потом сестра вскрикнула, потянула его куда-то, и он, обернувшись, увидел, чего она так испугалась: в лесу пошли грибы. То есть грибы действительно шли за ними, переваливаясь на тонких и длинных, как у косиножек, лапках. Они нас съедят, понял Славик-братик, съедят, как мы их ели. Сестра запуталась ногами в зарослях мышиного горошка, упала и завизжала — к ее щиколотке моментально прирос шарообразный гриб-дождевик и стал разбухать, на глазах меняя цвет с желтовато-серого на алый.
Славика, сидящего в зале, тронули за плечо, и он с облегчением отделился от того, что происходило на экране. Пахло попкорном, под левым локтем ворсинки бархатной обивки слиплись от жевательной резинки, и Славик даже знал, что жвачка была клубничная. Его тронули снова, а потом довольно чувствительно стукнули.
"Хрустальная ясность снизошла на Славика, он вспомнил и дыры в ткани реальности, и заброшенный особняк, и неведомый вирус, и Гречневый рынок, будь он неладен, и все предшествующие события. Глянцевая лужа расплылась в памяти, и Славика замутило. Но теперь он все помнил и осознавал, что спит. Стихли нервные скрипки и покашливание зрителей, нелепый кинозал исчез, осталась только Матильда и огромное, светящееся изнутри яйцо, которое покоилось на золотистой длинноногой подставке, то ли изваянное Фаберже, то ли приготовленное для трапезы Гаргантюа.
— Что это? — спросил он.
— Наглядная демонстрация, — ответила Матильда. — Для непонятливых. Ты же непонятливый?
Славик кивнул, ведь он действительно ничего не понимал.
— Что вообще происходит? Почему сеть не ловит? Где мы вооб… — Губы Славика неожиданно и намертво склеились, он протестующе замычал.
— Помолчи и послушай, крум. Давай заключим новую сделку. Как в прошлый раз: ты поможешь мне, я помогу тебе.
— М-м…
— Я объясню тебе, что происходит.
