Инге приезжает в Москву, чтобы найти свое место, но сталкивается с магическими преступлениями. Она вынуждена работать в Особом Отделе, пытаясь разобраться в угрозах и найти родных. В городе скрываются Черношинельники и загадочные события.
– Вам на меня все не повесить!
Шаги. Там, откуда ушла Инга. Шаги за разбитым окном.
Вибрация телефона – со стороны женщины.
– Мы с вами разумные люди. Я готов гарантировать вашу защиту.
Ложь! Ложь – и предвкушение торжества. Близкой победы.
– Мы оба положим оружие…
Шаги у входа. Распахнувшаяся со скрипом дверь. Надрывный, резкий лай…
Инга выглянула из-за цилиндра. И оказалась совсем рядом с ближневосточного вида женщиной в платке, сжимающей что-то в вытянутой руке. Другой рукой женщина удерживала нож у горла блондинки, привязанной к здоровенной горизонтальной трубе.
Краем глаза Инга уловила движение от входа. Резкое, несущее опасность.
Эмпат, не придумав ничего лучше, подскочила и схватила ладонь с ножом отвлекшейся на шум женщины. Та разжала вторую руку и маленькая хрустальная пирамидка полетела на пол.
Что-то вырвалось во все стороны особиста, метнувшегося вперед в попытке поймать падающий предмет. Что-то, врезавшееся в Ингу, отдавшееся болью во всем теле… Ее повело в сторону. Колени подломились, но и женщина, чью ладонь эмпат не выпустила, тоже не устояла на ногах, упав рядом.
Андрей Васильевич поймал пирамидку у самой земли.
Гром выстрелов и чей-то злобный крик оглушили Ингу. В нос ударил запах пороха, где-то что-то звякнуло. Кто-то крикнул, раздались новые выстрелы, где-то в отдалении.
Дверь вновь скрипнула, и кто-то начал убегать, стреляя на ходу. Раз, второй… Громкий щелчок – и ругательства. Лай, рык и вновь лай.
– Тома, мы с тобой – за ним, – резкий женский окрик от входа в котельную, – держимся пса! Артем, Дима – внутрь!
Лежавшая рядом с Ингой преступница вывернулась, выдирая руку с ножом. Эмпат попыталась помешать, но тело плохо слушалось, и пахнущая какими-то специями женщина выскользнула из захвата. Замахнулась ножом…
И двое полицаев в черной форме скрутили ее, оттаскивая от Инги. Женщина разразилась проклятиями, но, лившись ножа, выпавшего из вывернутой кисти, только ругаться и могла.
Эмпат так и осталась лежать на спине, отдав все силы в короткой борьбе. По телу гуляла резкая выматывающая боль.
– Инга, слышишь меня? – Андрей Васильевич присел на корточки рядом с ней, – ты ранена?
Ответ особисту не понравился, да и кровь на бедре он заметил.
– Это из-за окна, – Инга, преодолевая слабость, медленно села.
Она бы предпочла, чтобы ее еще раз сбил пес, тогда хотя бы больно не было. Валяться на спине дважды за несколько часов – перебор.
Потребовалось несколько вдохов, чтобы мир перестал вращаться.