В тот день я вернулась домой позже обычного - после работы и посиделок в ближайшем магазине для платьев. Моё жалованье от Светки позволило купить красивое нарядное платье для выпускного вечера, но это оставляло незанятой метлу в большой магической академии. Начинается новая жизнь после тяжелого дня....
Но, несмотря на это, каждый шаг эхом разносился по узкому коридору. Я успела привыкнуть к этому равномерному гулу, когда в него добавилось что-то еще. Словно идущих по туннелю стало больше, и кто-то новенький не попадал в наш ритм.
Я резко остановилась и, дернув Рейна за рукав, приложила палец к губам, призывая к молчанию. Он понял меня и послушно замер.
А вот эхо шагов нет. Кто-то быстро приближался к нам. Учитывая, что мы прошли уже несколько развилок, незнакомец мог зайти откуда угодно. Рейн успел исследовать не все проходы.
Я уставилась на него с немым вопросом в глазах. Он кивнул, показывая, что все под контролем, и задвинул меня за спину.
Сам же вскинул руки и, быстро передвигая пальцами, начал плести заклинание.
Шаги тем временем приближались.
Еще несколько тягучих мгновений, и в тусклом свете коридора появилась фигура.
– Вот однорогий! – выругался Рейн, но в его голосе сквозило облегчение. Он опустил руки, разрушая заклинание. – Я чуть боевое заклинание не запустил!
Я выглянула из-за его спины, чтобы рассмотреть, кто там.
– Что ты здесь делаешь? Я же велел тебе оставаться в Академии! – Взревел принц.
Девушка виновато вжала голову в плечи, но продолжила идти к нам.
– Разворачивайся. И бегом обратно!
– Нет, – упрямо произнесла Ханна. – Я пойду с вами.
– Не пойдешь! – Властный голос Рейна сотряс воздух.
– Я не собираюсь сидеть в Академии и гадать, что происходит. Однажды мне уже пришлось это пережить. Я чуть с ума не сошла в ту ночь, когда вы оба исчезли в водохранилище.
– Ханна, намечается не просто светская беседа с моим отцом. Никто не знает, как он отнесется к нашему незаконному проникновению в замок. И никто не знает, чем она закончится!
– Я не маленькая, Рейн! – девушка поправила очки и скрестила на груди руки. – Я осознаю риски. И я иду с вами! – Последнюю фразу она произнесла, делая акцент на каждом слове.
Рейн стиснул челюсти, его лицо сделалось каменным. Лишь ноздри раздувались от подавляемого гнева.
"– Ладно, – наконец нехотя произнес он. Его плечи были неестественно подняты, словно тело сковало внутренняя борьба. И он наступал себе на шею, собственным принятым решением. – Но это очень плохая идея. – Буркнул он.
– Ну что ж, идемте дальше, – с ложной беззаботностью прощебетала подруга.
Мы продолжили свой путь в молчание. Рейн иногда оборачивался через плечо и бросал недовольные взгляды на Ханну.
