Рольфы ожидаемо справляются со своей работой. Моя практика разнообразна и богата опытами. Теперь мужчина, взяв магическое перо, подписал заказ — груз уехал, издав довольный рык. Будем рады новым обращениям, всегда готовы помочь в любое время.
Честно, я сама не особо верила в свои слова. Нормальный отец сразу бы забрал ребенка. А дети, говорят, очень чувствительны к таким вещам.
– А ты знаешь, что мы с тобой завтра полетим? – спросила я.
– Как? – сквозь всхлипы спросил Санти."
"– На крыльях! У меня есть красивые белые крылья, но для их нормальной работы мне нужно как следует выспаться. Так что давай ты перестанешь плакать, а завтра я тебя покатаю?
Его кивок я уловила, как и то, что всхлипы начали сходить на нет, поэтому с чистой совестью вернулась к себе и укуталась в одеяло.
Завтрашний день обещал быть тяжелым.
Ожидания меня не обманули. Столько возни с детьми мне не снилось и в кошмарах. С одной стороны, Санти был тих и послушен, с другой – совершенно несамостоятелен. Так что, намучившись с самого утра и уже порядком разозлившись на шефа, подсунувшего мне ребенка, и на себя, что не узнала все подробности сразу, я взяла мальчишку за руку и повела во внутренний двор. Вылетать планировала немедля, чтобы как можно быстрее сдать уже «груз» с рук на руки отцу и забыть все, как страшный сон.
Перевозка людей, как это ни странно, была предусмотрена. Правда, на тот случай, если мы нашли раненого в чистом поле и решили донести его до целителя. В моей практике подобного не случалось. Виро, мой наставник-полуорк, с его-то наемническим прошлым и вовсе бы скорее добил несчастного. Да и взрослого человека вряд ли бы далеко унес даже сильный курьер, его же в мешок для уменьшения веса не запихнешь. Другое дело – ребенок.
Так что сбруя для крепления «пассажира» у меня имелась, оставалось засунуть в нее Санти, закрепить и понести. Звучит легко, на деле же мальчишку пришлось держать, а весил он уже прилично, взлет вышел корявым, я едва не вписалась в крышу гостиницы, распугав обитавших под ней голубей.
Пернатые твари, не отличающиеся мозгами, бросились кто куда, загородив мне обзор. Чудом не налетев на раскидистый дуб, я все же набрала небольшую высоту. Артефакт полета защищал и меня, и «пассажира», висящего у меня под животом, от холода и ветра.
А через пару часов, после третьего «Писать!» – осознала насколько.
К столице я подлетала вымотанная до такой степени, будто летела не день, а целые сутки без перерыва. Крылья едва мерцали, так что несколько раз я опасно теряла высоту. Возле каменных ворот я растянулась на мокрой траве и закрыла лицо рукой. Так бы и лежала, честное слово.
