Автор
Габи научилась игнорировать обаятельного и неуклюжего Леона, превратив его бессмысленные шenanги в источник бесконечной улыбки. Вместе с каждым новым уроком магии она осваивает новые заклинания, но что больше всего расстраивает — это то, как ей нравится этот юноша. Теперь каждый день полон загадочного шокера и желаний вновь встретиться с Леоном, будучи на грани между отторжением и нежностью к этому драматичному молодому человеку....
На самом деле считать мне было лень, а чары развеялись бы часа через три, если бы я сверху свои не наложил. Добавил зато от души, не жалея сил, чтобы дольше поспал. Отдохнет, может, поумнеет немного.
– Разбуди его немедленно! – вмешался длинный.
– А что мне за это будет?
Глава 9
Леон
Длинный в красках описал, что именно мне причитается и в каких количествах.
– Спасибо, не интересует, оставьте себе, – фыркнул я.
Уселся, скрестив ноги и прислонившись к двери спиной. Надеюсь, они не заметят, как я позеленел, потому что сдуру вложил в сонный паралич почти все силы, осталось только на поддержание щитов, да и то если никто их ломать не вздумает.
– Надо капитана позвать, – пискнул кто-то.
Ему посоветовали заткнуться. Дошло наконец, что начальство задаст на орехи. Не могу их судить, сам, как выяснилось, задним умом крепок.
Впрочем, даже если бы они захотели позвать капитана, не вышло бы. Я перегораживал дверь, дотянуться до засова через мои щиты они не могли, а оконца, как и полагается казарменным, были настоящими бойницами.
Правда, и я сам не мог дотянуться до засова сквозь щиты, разве что магией. Но даже если и смог бы, если бы гордость позволила мне сбежать, что потом? Деваться-то отсюда некуда, до следующего дилижанса неделя. По огородам да свинарникам прятаться? Не дождутся!
Интересно, какая продолжительность вахты часового у входа? По уставу, от четырех до двенадцати часов. Не получится ли, что он, не дождавшись смены, начнет ломиться в дверь и все же накличет капитана на мою голову? Впрочем, нет смысла беспокоиться о том, что я все равно не смогу изменить.
– Ничего, – вдруг ухмыльнулся коротышка. – Ночь долгая, силы у сопляка когда-нибудь кончатся, тогда мы с ним и посчитаемся. Поделим караулы, тут всего-то по паре часов до утра выйдет, если вдвоем его сторожить.
– Какая честь, – восхитился я. – Столько сторожей на одного сопляка.
Не подействовало. Похоже, они уже предвкушали победу. Солдаты уложили лейтенанта на постель, кинули жребий.
Ночь обещала быть долгой.
И она в самом деле стала такой долгой, что стало казаться, будто мы с моими караульщиками оказались вне времени и теперь до скончания собственного века я буду сидеть на затекшей заднице, клюя носом и пытаясь не уснуть.
Я вскинулся и обнаружил, что двое солдат, сменивших первую пару, уже в метре от двери.
