Главный артефактор, в изнеможении покачнувшись в плетеном кресле, снова поднялся с головой. Погодная башня, похоже, превратилась из ключевой метеорологической структуры во Фритане в изуродованную петарду после взрыва. Воздух вокруг наполнялся угрюмым унынием, и лишь хрупкий магик, не осознавший полной тяжесть своих слов, проблеивал догадку: "Но кто же думал..."...
— Хозяйка решила, что это последний шанс спасти положение, и уже не маскируясь призывно обеими руками приподняла грудь, вроде как поправляя ее в вырезе платья. По опыту госпожи Помпон этот симпатяга (несмотря на небритость и помятость служака смотрелся очень даже ничего) был из той породы, что шарахается от настойчивого женского внимания как от огня. — Вы можете его осмотреть… вместе со мной…
Первая реакция была правильная: инспектор Грон чуть подался назад, но затем будто прислушался к чему-то доступному ему одному и двинулся в сторону подсобки.
Навигатор — поняла Лавиния. Похоже, все пропало.
Но стоило мрачному инспектору распахнуть дверь в кладовку, неизвестно как приобретенная соседом госпожи Помпон сила сработала снова.
Маг замерз на самом пороге, подозрительно прищурив глаза.
Из-за его довольно внушительной фигуры выглянул растерянный, нисколько не внушительный и даже какой-то по-домашнему уютный господин Стах.
— А теперь-то что делать? — тихо спросил он, будто боясь, что запечатанный во времени инспектор его услышит.
Лавиния озадаченно потерла виски.
— Незаконное использование магии, похищение человека, а теперь еще противодействие инспектору магической полиции…
* * *— Я не хочу на виселицу, — тихо сказал Рова.
— Ну, до виселицы вряд ли дойдет, — утешила его госпожа Помпон, — но посидеть в тюрьме придется.
— И в тюрьму тоже не хочу…
Женщина нахмурилась, пытаясь решить усложнившуюся задачу.
— Так, — постановила она, — сейчас мы его тоже немножечко свяжем.
— Что? — опешил Рова.
— Ровно настолько, чтобы у вас была возможность все объяснить, пока он не размазал вас по стенке…
— Вот это уже план, — неожиданно одобрил страховщик.
— Стены я недавно красила, — внезапно добавила хозяйка магазина и тут же виновато прикрыла рот рукой. — Извините, сама не знаю, что на меня порой находит. Матушка жалуется, что я распугала всех женихов…
Рова переварил эту мысль гораздо живее, чем мысль о виселице, и храбро, вопреки своему характеру, заявил:
— После сегодняшнего утра меня уже ничем не испугать.
Вдвоем они споро организовали вторую мумию, замотанную в блестящий атлас, хоть связывать замершего во времени человека было куда труднее, чем оглушенного — конечности его гнулись плохо и никак не хотели укладываться в позу «солдатика».
— А ведь видно, что служил, — ворчала госпожа Помпон, пытаясь вытянуть задеревеневшие руки пленника по швам.
