Автор
Каждое утро Весенний Ветих открывал новую дверь, за которой скрывались неожиданные приключения. Воздух напоминал аромат плесени и свежевыжатого яблока в одинаковых мисках, как будто мир ожил со своей собственной магией. Под его тонким взглядом автобусы и машин сновали по улицам, словно они сами являлись частью магической сказки....
– Один пентакль на Лобной площади, другой в холле музея, поэтому место отличное. – Ратмир уперся ладонями в ребро столешницы.
Я оказалась заключенной меж его рук, прижатой к твердой груди, – и старательно не замечала злых взглядов брата.
– Вы решили использовать меня в качестве приманки? – не удержалась я.
Народ, как по команде, примолк.
– Никто не собирается бросать тебя на растерзание психу, – высокомерно фыркнул Богдан, и на его лице промелькнуло знакомое с детства выражение «ты-чего-совсем-глупая».
– Вместо тебя пойдет двойник, – тихо пояснил Ратмир мне в макушку.
– Кто? – наверное, излишне наивно поинтересовалась я, потому как Богдан закатил глаза.
– Например, я, – скривила губы Свечка. – Ты ведь даже выстрелить не в состоянии.
– Или я, – предложил Стриж. – Я отлично стреляю.
Присутствующие подхватили грубоватую шутку, предлагая свои кандидатуры и не давая мне сосредоточиться на странной тревожной мысли. Откуда она узнала, что я боюсь нажать на курок?
Мой двойник должен был заманить мага в ловушку на Лобном месте перед музеем, в так называемый «пентакль», выложенный под брусчаткой еще во времена инквизиции.
– Я могу сделать это сама. Заманить его, – предложила неожиданно даже для себя. – Ничего сложного.
– Нет! – рявкнули сразу три голоса. Причем два из них принадлежали братьям Ветровым, а последний Богдану.
– Да бросьте, ребята. – Я обратилась к главе ордена, изучавшего меня пристальным взглядом. – Я правда смогу.
– Ты провалилась в доме Лосиана Толтеа, – нашелся Стриж.
– Если бы ты столкнулся на задании с собственным братом, наряженным в женский халат, ты тоже провалился бы! – огрызнулась я.
Кто-то хихикнул.
– Веда, лучше помолчи, – хмуро отозвался Богдан. Судя по злобному взгляду, он отчаянно желал выставить меня из ордена пинком под зад на веки вечные и закрыть в доме наших родителей.
– Да брось! Ты ведь правда был в халате, – развела я руками. – И все равно мне удалось напоить тебя сывороткой правды.
– Истомин, один-ноль, – хмыкнул один из аггелов и протянул пятерню глумливо ухмылявшемуся эльфу. – Она тебя сделала.
– Но, вообще, спрятаться в личине гоблина – отличная идея, – протянул кто-то одобрительно.
