Я ведь сразу заметила, что вся посуда было точь-в-точь как на моей кухне!"
"Решив проверить эту теорию, я закрыла глаза, представляя, как собираюсь взбить крем для любимых маффинов. Приоткрыв глаза, увидела зависший в воздухе венчик и прозрачную стеклянную миску. Потянулась, беря их в руки. Так и есть! Вот эта царапина на ручке венчика знакома мне до каждого миллиметра! А на дне миски остался кусочек этикетки, который я так и не успела полностью оторвать. Вон, уголок с полосками штрих кода виднеется!
Я положила предметы кухонной утвари на стол, садясь рядом.
Пушок подошёл ко мне, с недоумением косясь на посуду. Он привык к тому, что если что-то появляется прямо из воздуха, значит - скоро будут вкусняшки. Поняв, что ничего такого не предвидеться, он положил голову мне на колени, с грустью заглядывая в глаза.
Кто же устоит перед этими алыми глазками?
Пришлось брать себя в руки и по быстрому соорудить простенькие бутерброды с колбасой. И кофе. Я не большая любительница этого напитка, но иногда очень хотелось почувствовать хотя бы его запах!
Бутерброды Пушок оценил по достоинству, а понюхав кофе, смешно сморщил нос и чихнул.
- Правильно, собакам кофе нельзя! – я взяла в руки бокал капучино с воздушной молочной пенкой. Прямо из той кофейни, куда мы частенько заходили с Лёлькой, гуляя по городу. Как она там? Моя подружка…
Теперь я знаю природу своей магии. Только легче от этого не становиться. Теперь меня точно не оставят в покое!
Магистр Крайнтон уже догадался, что я владею Изначальной магией.
Драконы теперь тоже в курсе. Вампир, практически в открытую, намекал об использовании моих умений для сдерживания прорывов чудовищ с Изнанки! И он не отступиться! Ведь именно в поисках такого мага и были задуманы все эти ежегодные призывы магически одарённых существ из других миров.
А если такой маг теперь у них будет, может они оставят остальных в покое? Не будут больше вытаскивать из привычного мира, лишая всего того, к чему те стремились?
Глава 46
В ту ночь мне долго не спалось.
Луна, заглядывающая в окно, серебристой дорожкой делила комнату на две неровные части. Я сидела в темноте и смотрела на медленно кружащиеся за окном снежинки, которые, словно ластиком, стирали все следы. А утром начнётся всё сначала. Двор академии будет словно чистый, белоснежный лист бумаги, на котором каждый может записать свою историю.
А моя история? Какой будет она?
Теперь мне уже понятны намёки преподавателей, особенно магистра Крайнтона.