В мире книг и приключений, где каждый страница тайна, наш герой — книжный вор, удачливый и целеустремленный, стал символом легендарной охоты на него. Страсти к древним мифам и чудесным сказкам накаливаются до предела, когда глава книги заставляет пережить множество эмоций — от щемящего волнения до бурного восторга....
Зависит от того, кто сколько спиртного выпил. И вообще, чем пугать среди ночи бедную девушку, спасшую вам здоровье, как минимум… Лучше бы не теряли времени, и пока зеленый змий полностью не вышел, наведались с утра к тому прохвосту, который продал вам дрянную выпивку. И продемонстрировали ему… кхе… то, что из вас выходит. Потребовали бы компенсацию за моральный и физический ущерб. А будет отказываться – так вы продемонстрируйте это его постоянным клиентам. Он так всю клиентуру потеряет. – Я снова зевнула и закончила: – Можете где-нибудь на видном месте пописать…
– Кира! – смущенно воскликнул Ривалис и покраснел.
– А ведь мелкая дело говорит, – хищно прищурился Эварт и посмотрел на Ивара. – Я думал, до вечера просто не доживу, так плохо было. И это с моей-то регенерацией.
– Аналогично, – протяжно вздохнул Юргис и повернул голову ко мне. – Кир, то есть это не навсегда?
– Не-а. Если ты хочешь, я, конечно, могу закрепить эффект. Но вообще, думаю, к завтрашнему вечеру все уже закончится.
Парни помялись, промычали что-то невразумительное и извиняющееся и потянулись к выходу. Последним вышел Ивар и аккуратно прикрыл за собой дверь.
– Ой! – подхватилась вдруг Лола, которая в шоке слушала нашу беседу. Дерхана выскочила в коридор, и я услышала ее быстрые шаги, она явно догоняла ребят. Через минуту соседка вернулась и уставилась на меня жадным взглядом: – Ну? Колись!
– Травку я добавила в зелье, – усмехнулась я.
– Какую?! – Лолу аж потряхивало от распирающего любопытства.
– Хабарку изумрудную, – ответила я и, не выдержав, зажала рот одеялом и расхохоталась.
– Ой! – пискнула Лолина и тоже начала смеяться.
Хабарка изумрудная действительно очень хорошее растение. Полностью магически и физиологически инертное в одиночном состоянии, оно при некоторых манипуляциях усиливало действие других трав. В основном его использовали в качестве пищевого красителя или при окрашивании тканей, также в крошечных дозах добавляли в декоративную косметику.
На алхимии и травологии нам про эту травку ничего не рассказывали, я вычитала о ней сама в одной из книг, полученных в библиотеке.
