В мире книг и приключений, где каждый страница тайна, наш герой — книжный вор, удачливый и целеустремленный, стал символом легендарной охоты на него. Страсти к древним мифам и чудесным сказкам накаливаются до предела, когда глава книги заставляет пережить множество эмоций — от щемящего волнения до бурного восторга....
Вовсе даже нет. Но не выходит. Меня отправили в библиотеку за дополнительной литературой. Магистр Ририн меня ею обеспечил, и пришлось самостоятельно грызть гранит этого нелегкого предмета."
"В один из дней я сидела в одиночестве в комнате и отрабатывала заклинание левитации с учетом тех знаний, которые почерпнула из дополнительной литературы. В конечном итоге я смогла-таки победить силу притяжения и взлетела под потолок. Ощущения при этом были неописуемые… Словно я оказалась в невесомости. В прямом смысле этого слова.
За окном светило солнышко, чирикали птички, доносился гомон студентов, а я, проклиная все на свете, «плавала» по комнате.
И именно в это время приспичило кому-то прийти. В дверь постучали. Я замерла в позе морской звезды «наоборот», в том смысле, что не лежа на дне, а прижимаясь попой к потолку. Через минуту стук повторился. Причем уверенно так, словно визитер точно знал, что я в комнате. И что делать?!
Помучилась я, помучилась и решила сдаваться. Подплыла к двери, цепляясь за шкаф руками, свесилась вниз так, чтобы суметь дотянуться до запора.
Дверь отворилась, и в комнату заглянула чернявая голова. Голова покрутилась в поисках меня. Ясное дело не нашла и озадаченно замерла.
– Кира? – позвал Ивар и нерешительно вошел в комнату. Следом за ним вальяжно вступил Гаврюша.
– Кхе-кхе, – давясь от сдерживаемого смеха, подала я знак.
Парень вскинул голову и встретился со мной взглядом. Описать выражение его лица я просто не берусь. Изумление, неверие, шок… Появилось ощущение, что он сейчас протрет глаза, чтобы убедиться, что ему это все не мерещится.
– Кира? – оторопело переспросил он.
– Привет, Изверг, – лучезарно улыбнулась я и помахала ему рукой. – Гаврюша, и тебе привет!
Боевик молча закатил глаза, но не стал поправлять меня, что мол, его имя – Ивар.
