Не в силах контролировать дрожь по телу, он прижался к Лань Ванцзи и ответил:
— Больно! Это же мой первый раз! Конечно, больно!
После этих слов он почувствовал, как член Лань Ванцзи внутри него стал ещё твёрже.
Несложно догадаться, что он чувствовал от грубого проникновения не принадлежащей ему твёрдой плоти в мягкое нежное нутро. Подумав о том, что лишь одна простая фраза заставила Лань Ванцзи реагировать подобным образом, Вэй Усянь снова прыснул со смеху.
Будучи мужчиной, он понимал, каких нечеловеческих усилий стоило Лань Ванцзи держать себя в руках, и всё же тот сохранял контроль, сдерживаясь от яростного рывка. Сердце Вэй Усяня смягчилось. Он притянул Лань Ванцзи за шею и прошептал на ухо:
— Лань Чжань, мой милый Лань Чжань, гэгэ, я скажу тебе, что нужно делать, скорее поцелуй меня, поцелуй, и мне не будет больно…
Белоснежная мочка уха немедленно заалела.
Лань Ванцзи с трудом проговорил:
— Не… Не называй так.
Вэй Усянь услышал, как он запнулся, и громко рассмеялся:
— Не нравится? Тогда я назову тебя иначе. Младший братик Ванцзи, Чжань-эр, Ханьгуан, какое тебе нра… ааааааууу!
Лань Ванцзи укусил его за губу и вошёл на всю длину.
Крик Вэй Усяня так и застрял в горле, в уголках глаз блеснули слезы, брови тесно сошлись на переносице. Он вцепился руками в плечи Лань Ванцзи и крепко сомкнул ноги на его пояснице, не решаясь даже пошевелиться. Тогда Лань Ванцзи немного пришёл в себя, сделал несколько глотков воздуха и произнёс:
— Прости.
Вэй Усянь покачал головой, выдавил улыбку и ответил:
— Ты сам сказал. Между нами не должно быть места для «спасибо» и «прости».
Лань Ванцзи осторожно поцеловал его, движения его сделались неловкими. Вэй Усянь зажмурился, позволяя целовать глубже, и ответил на поцелуй кончиком языка. Спустя несколько секунд он сквозь сладостную дымку разглядел под ключицей Лань Ванцзи тот самый след от тавра.
Он накрыл шрам ладонью и спросил:
— Лань Чжань, скажи мне, это тоже как-то связано со мной? — его улыбка заметно угасла.
Помолчав, Лань Ванцзи ответил:
— Не обращай внимания. В тот раз я слишком много выпил."
"После того, как Лань Ванцзи отнёс Вэй Усяня, омывшего кровью Безночный город, на гору Луаньцзан, по возвращении в Облачные Глубины его ожидали три года заточения. Во время отбывания наказания до него дошла весть — небеса даровали миру великую радость; каждому, так или иначе, воздастся по делам его — Старейшина Илин наконец уничтожен, и следа души не осталось.
Срок заточения ещё не истёк, и раны Лань Ванцзи ещё не зажили, но всё же он самовольно покинул Облачные Глубины и помчался в Илин. Спустя несколько дней поисков в безжизненных горах он нашёл еле живого Вэнь Юаня, который прятался в дупле полусожжённого дерева и метался в бреду от жара.