В уличном жару и под лестницей — неожиданное приключение. Взмокшая и задыхаясь от засохшей боли в пальцах, Тереза торопливо карабкается по ступенькам. Приключений хватает: шпильки на ощупь, раздающиеся голоса изнутри — и все это в мгновение силы воли.
Любопытно же!
Там Дарий встал посрели кучи стекла, распростер руки и заунывно произнес странную речь. Осколки поднялись в воздух и медленно поплыли к шкафу. На секунду они собрались в единое полотно и… снова рухнули на пол.
— Прошу прощения, я сегодня не в… как это… — он снова пощелкал пальцами, — форме. Видимо придется по старинке. Не могли бы вы…
Я молча принесла ведро, веник, совок, не в силах произнести ни звука. Мозг напрочь отказывался работать.
Ты кто, твою мать?! Выходец из другого мира…
— Получается что — да, — спокойно ответил мне Дарий.
Я что, думаю вслух?!
Он тщательно собрал мусор, огляделся и перевел на меня растерянный взгляд:
— Кажется мне нужна ваша помощь.
А у меня, кажется, едет крыша.
Все, на что у меня хватило сил, это неопределенно махнуть рукой, издать невнятный звук и прошлепать на кухню. Снова дернулся глаз, следом — щека.
Где там мое забористое «игристое»?!
Глава 4. Тереза
Дарий примостился на мое место у окна и молча наблюдал за мной, пока я убирала со стола.
— Не желаете ли чаю, магистр? — ехидство из меня так и перло.
— Не откажусь. Хотя…Пожалуй нет. Чего бы покрепче… — протянул Дарий, словно сомневаясь. — Не сочтите за наглость…
Ну ла-адно. Я одарила Дария тяжелым взглядом исподлобья, поставила перед ним початую бутылку «Блан де нуара», последнюю, из тех самых запасов, которые купила отпраздновать свое повышение.
Сама пить опасалась — вроде частью сознания и приняла случившееся, но в голове пазлы не складывались.
Я не верю ни в шапочки из фольги, ни в магию, ни в высшие силы. Иначе не собирали бы всем миром на лечение детям, да и чего душой кривить — не хоронили бы деда в закрытом гробу, если б «они» там, наверху, хоть иногда откликались на просьбы. И если бы не видела собственными глазами появление «своего» «магистра», первая бы сказала — горячечный бред. «Белочка». Но нет, вот же — сидит передо мной.
Лучше уж чаю. Нет. Лучше ромашки.
Поставила перед Дарием второй стакан и налила ему «шипучку», отхлебнула из своей кружки обжигающий травяной настой и приказала:
— Рассказывай…те. Я готова.
Дарий хмыкнул, осторожно пригубил и поморщился.
Развела руками:
— Простите, больше нечего предложить. — и тут же подскочила — у меня же пара яблок и манго есть. Есть еще чипсы и доширак, но позориться не хотелось.
