В уличном жару и под лестницей — неожиданное приключение. Взмокшая и задыхаясь от засохшей боли в пальцах, Тереза торопливо карабкается по ступенькам. Приключений хватает: шпильки на ощупь, раздающиеся голоса изнутри — и все это в мгновение силы воли.
Я сжалась, охватывая мышцами плотнее. Чувствуя бедрами его каменные бедра.
— Да ты издеваешься?! — прошипела, с наслаждением впилась ногтями в мощные плечи и обхватила его ногами, резко притягивая к себе. В себя.
Хотелось больше.
Легкие горели огнем, меня трясло. Я никогда не кончала так, несколько раз подряд. До слепоты в глазах, до сорванного голоса и тела, захлебываясь от наслаждения. Порочные рваные выдохи Дарислава, сдержанные стоны сквозь сжатые зубы дико заводили.
Никогда и ничего подобного я не испытывала раньше.
Мы расходились ненадолго, потом снова сошлись. Но ТАК он меня не ласкал. Он все больше любил смотреть на себя в огромное зеркало шкафа, выбирая позу поэффектней. Я просила его приласкать меня языком но…. Он кривился, ссылаясь на то, что ему не нравится. Да, мне было с ним приятно, не более.
И сейчас я получала то, о чем мечтала. И даже больше. Та лавина чувств, не изведанных ранее, захлестнула меня с головой… До закушенных в кровь губ, до несдержанных криков… До слез, скатившихся из уголков глаз к вискам…
Мы выдохлись почти под утро.
Собственное тело напоминало желе. Сил даже пошевелиться не было. Мы так и уснули, переплетаясь, как лианы, всеми конечностями.
Утром я проснулась в пустой кровати. С наслаждением потянулась — хорошо-о…
— Доброе утро! — в комнату вплыл поднос, затем несший его Дар. Его глаза буквально светились — непривычно видеть его таким.
Он чмокнул меня в кончик носа:
— Завтрак, а потом домой.
Я светло улыбнулась:
— Ты обещал тренировочный зал показать… Ай, черт! Дар, платье! Я забыла вчера! — я бустро перелезла через колени сидящего на краю кровати Дарислава и рванула в ванную, но тут же притормозила:
— Я взял смелость заказать готовое. Надеюсь, тебе понравится. Сейчас принесу. — он легко поднялся и вышел из комнаты.
Я же припустила в ванную, освежиться и привести себя в порядок.
В зеркале мое отражение продемонстрировало хмелькой взгляд, пару засосов на груди и шее.
После душа замоталась в огромный, волочащийся за мной по полу халат, и отправилась завтракать.
Дар сидел в кресле со своей чашкой. У его ног громоздились пакеты. Потом посмотрю!
Кьофи успел остыть, но от чего то он сегодня казался особенно вкусным. С аппетитом умяла все бутерброды и, к своему стыду поняла: мне мало.
