Автор
В мир, где Майя становится шедевром для собственного "дома", она не знает границ своего нового существования. Внезапно приказанный дом и новый звучит как работа — но в действительности это означает быть принцессой его игрушкой, где каждый день рискует стать ее последним....
Послушай меня…
Глава 46
Мы идем по коридору, моя голова опущена. Если бы не абайя, скрывающая меня полностью, то она бы увидела, как дрожат мои руки и ноги, как трясутся губы от страха перед неизвестностью, от страха перед правдой.
Глядя на торжествующее лицо Зулайхи, я понимала, что она уже выиграла. Она и правда сейчас откроет мне истину. А мне ничего не останется, кроме как принять эту горькую пилюлю. Испить эту боль до дна. Испить и постараться не погибнуть под гнетом ее силы…
Наш путь совсем близкий, мы выходим на улицу и когда заворачиваем несколько раз вдоль геометрических форм дворца Тамера, я уже понимаю, что сейчас увижу.
Шаг, второй, третий.
Приглушенный свет от стилизованных факелов, аромат благовоний- растекающийся по телу, заставляющий вибрировать… Так пахнет возбуждение и секс. Наверное, это какой-то очередной древний секрет арабов, афродизиак, которым они сбивали с пути разума наивных европейцев, осмелившихся бросить вызов лукавству Востока своей рациональностью.
Я слышу громкую тягучую музыку, женский смех, мужские разговоры.
Мы сейчас две тени- никто нас не видит, никто не смотрит в нашу сторону. Возможно, потому, что принимают за простых служанок. Абайя обладает уникальным свойством- скрывать женскую суть…"
"- Стой здесь,- тихо произносит Зулейха и резко дергает за темную штору.
Глаза слепит. Мы перед машрабией- специальной нишей, выполненной из резного дерева так, чтобы ты мог видеть, что происходило снаружи, но не видел, что происходило внутри.
-Такие места были специально предусмотрены в залах удовольствий в гаремах, Майя.
Она подзывает меня к машрабие. Делаю несколько шагов на ватных ногах. Сердце дико колотится в горле, которое уже пересохло, как пустыня.
Я подхожу и вижу…
Вижу его гарем в своем великолепии. Вижу почетных гостей, облепленных голыми девицами, как мошками. Вижу, как зазывно и эротично извиваются перед присутствующими мужчинами другие.
