Автор
В мир, где Майя становится шедевром для собственного "дома", она не знает границ своего нового существования. Внезапно приказанный дом и новый звучит как работа — но в действительности это означает быть принцессой его игрушкой, где каждый день рискует стать ее последним....
Снова перед глазами черная пелена, страх, боль… Тамер… Я уходила из дворца, оставив позади свое сердце, свою душу, свою жизнь… Что будет с шейхом? Зачем он остался? Почему не бежал с нами? В голове тысяча и один вопрос…
Спустя какое-то время мы и правда оказываемся снаружи. Глаза тут же начинает резать- на улице хамсин (прим. –песчаная буря), словно бы природа вторит буре, происходящей сейчас внутри дворца…
Чернов быстро потталкивает меня к внедорожнику, уже ждущему нас у незаметного выхода из крепостной стены.
-Быстрее в машину,- говорит громко Чернов.
Пара мгновений- и я оказываюсь в салоне. Он быстро садится за руль. Мы стартуем на бешеной скорости, подпрыгивая на бездорожье. Ничего не видно. Песок, окрасивший и без того черное небо ночи, теперь, казалось, придал виду вокруг оттенок грязного нечто. Словно бы сам ад опустился на нас.
-Осторожнее!- кричу я, когда мы подскакиваем от земли на невероятную высоту, а в окне нулевая видимость.
Даниил не сбавляет скорости. Его челюсть сейчас предельно напряжена. И вдруг…
Я слышу странный звук, скорее напоминающий цокот по металлу. Он повторяется.
-Пригнись!- кричит он мне, когда на лобовом стекле появляется круглая дырка.
В нас стреляют!
Двигатель издает странные звуки, машину заносит. Наверное, сейчас как в фильмах- пули попали в шины- и далеко мы не уедем.
Меня охватывает такая паника, что живот скручивает.
-Быстро! Выпрыгивай из машины, Майя! Быстрее! Двигатель сейчас взорвется к херам!"
"Я делаю то, что он говорит. Все на замедленной съемке.
Чувствую, как корявая земля царапает мои коленки в кровь от удара, грудь спирает. Позади раздается оглушительный взрыв и меня отбрасывает еще дальше. Руки горят от мелких парезов- я закрыла ими лицо. Мы в аду? Умерли? Это конец?
Зарево освещает этот пейзаж, напоминающий сцену из апокалипсиса. Суровая пустыня здесь и без того серая, но сейчас она выглядит как черная дыра.
Мой желудок все-таки выворачивает наизнанку. Я откашливаюсь, пытаюсь прийти в себя и еще дальше отползти от места пожарища, но чувствую, что мое платье за что-то зацепилось.
Непонимающе перевожу глаза и вижу армейский сапог, удерживающий меня.
Когда поднимаю глаза наверх, невольно кричу от ужаса…
Ахмад смотрит на меня, плотоядно улыбаясь.
