Автор
В мир, где Майя становится шедевром для собственного "дома", она не знает границ своего нового существования. Внезапно приказанный дом и новый звучит как работа — но в действительности это означает быть принцессой его игрушкой, где каждый день рискует стать ее последним....
Иначе бы ты не пыталась весь день соблазнить меня, как самая настоящая самка…
-Я?- давлюсь в шоке?-да что Вы такое говорите?! Какое соблазнение?!
Моя борьба в очередной раз заканчивается поражением, когда его горячие пальцы сжимают мою грудь. Властно и умеючи поддевая сосок в чашке лифчика."
"-Хватит ломаться. В этой дыре ведь есть отель? Никогда не брал такую красотку в гадюшнике. Это будет даже забавно. Или хочешь прямо в машине?
-Пустите! Я не… Я не отдамся Вам!
Он нетерпеливо хмыкает.
-Цену говори.
-Я не продаюсь!- пытаюсь оттолкнуть его от себя, но тщетно.
Он гортанно смеется
-Все в этом мире продается и покупается, Майя. Ты не исключение!
- Не смейте! Я… Никогда! Не трогайте! Пожалуйста!- последнее вырывается из груди жалобным плачем,- я ни с кем никогда не… Я невинна…
Я уже не думала, что эти слова произведут на него хоть какое-то впечатление, но происходит именно так.
Я не фокусирую на нем взгляда, потому что он смазан моими слезами, как окно во время дождя.
Я молюсь сейчас лишь о том, чтобы дверь открылась. После трех отчаянных попыток это сделать все-таки слышу заветный щелчок и тут же вылетаю прочь, оставив внутри и свою старую одежду, и его подарки.
Бегу до подъезда, не оборачиваясь и лишь молясь о том, чтобы он отступил. Но что-то подсказывает мне, что он и правда отступил, потому что дверь сама бы в таком автомобиле не открылась.
Забегаю внутрь нашего старого и обшарпанного подъезда, попадая в до боли знакомый мир. Теперь слезы бегут из глаз крупными горошинами.
Глава 8.1
Спустя сутки,
Киренаика
-Господин, рады приветствовать Вас дома,- к нам подходит статная женщина средних лет с черным тюрбаном на голове. Целует руки шейху и с интересом косится на меня.
-Здравствуй, Зулайха,- отвечает Тамер,- рад, что ты в добром здравии.
Они приветливо друг другу улыбаются. Я бы даже сказала, в их поведении считывается привязанность друг к другу, именно сыновье-материнская. Шейх сейчас другой. Более юный и непосредственный что ли. И этот антураж вокруг, конечно. Он его.
