Автор
В этой истории путешествиям по открытым землям и встреча с неожиданными героями предшествует строительство железной дороги. Книга живет в те времена, когда новые транспортные коридоры открывали для освоения огромные территории и вызывали нереализованные мечты миллионеров....
— Майло, будь осторожен! Пожалуйста, будь осторожен!
— И ты, — отозвался я. — Тебя она тоже ненавидит.
Секунду мы стояли вместе, глядя на улицу. Там откуда-то собралось много народа: мужчины в широкополых шляпах и нашейных платках стояли, прохаживались, ехали верхом. Неожиданно дверь открылась, и вошел тот самый владелец ранчо. Он остановился, постоял, пока глаза не привыкли к полутьме, и подошел к нам.
— Теперь все в порядке? Все кончилось?
— Мне кажется, да. Очень жаль, что пришлось вас побеспокоить, сэр.
— Вы хорошо держитесь, молодой человек.
— Не стоит, сэр, — улыбнулся я. — В конце концов, это наши неприятности.
— Мои тоже. — Его глаза стали серьезными. — Понимаете, я знаю ее дольше, чем вы, а ее родители знали моих. Однажды, когда я заболел, ее мать выхаживала меня. Более доброй и заботливой женщины я не знал.
— Как?
— Меня зовут Шелби, — представился он.
— Не имел понятия. Они уехали?
— Уехали. Но берегитесь — пока она жива, никто из вас не будет в безопасности. — Он помолчал. — А Молли лучше бы переехать из отеля.
Сняв шляпу, я вытер платком внутренний поясок и внезапно почувствовал себя опустошенным и подавленным. Все кончено. Она уехала или скоро уедет. Так даже лучше.
Энн была мечтой, которая затаилась в глубине моей памяти с того самого дня, когда она приехала к нам на ранчо. Это убедительно доказывает, каким дураком может стать мужчина, когда засмотрится на симпатичную мордашку.
А вот Молли… С ней все совсем иначе. Может, если бы я встретил ее чуть позже…
Она вернулась с кухни, села за мой столик, и мне было приятно просто посидеть с ней в прохладном молчании ресторана, слушая шаги проходящих мимо людей и звон тарелок с мойки, где работал Герман.
— Ты скоро уезжаешь?
— Совсем скоро. Завтра. Мне уже поздно начинать новую жизнь. Во всяком случае…
— Что?
— У меня такое ощущение, будто я что-то не доделал.
Она посмотрела на меня и улыбнулась."
"— Интересно, что же это может быть?
От ее улыбки мне стало не по себе. Я заерзал на стуле, почувствовал, что мне жмет воротничок рубашки, но тут же до меня дошло, как это глупо, потому что рубашка давно расстегнута.
Торопливо глотнув кофе, я обжег рот. Мне страшно захотелось выругаться, но я не мог, потому что она сидела рядом.
