Автор
В этой истории путешествиям по открытым землям и встреча с неожиданными героями предшествует строительство железной дороги. Книга живет в те времена, когда новые транспортные коридоры открывали для освоения огромные территории и вызывали нереализованные мечты миллионеров....
Именно в ее комнату он целился, не зная, что она находится в другом месте. Убийца действовал неуклюже и опрометчиво. Ни Джон Топп, ни Бегготт не совершили бы такой ошибки.
Неожиданно на улице появился крытый фургон. Я выпрямился. Молли тоже увидела его.
— Фургон Ролона Тейлора, — кивнул я. — По-моему, ждет нас. Или вас.
Мы с грустью услышали свисток прибывающего поезда. Вот было бы здорово вскочить в вагон и умчаться в безопасность. Но пока мы смотрели, как приближается состав, несколько мужчин непривлекательной наружности не спеша вышли из салуна «Золотая шпора» и направились по улице к станции.
Позже придет еще один поезд. Его они тоже не оставят без присмотра. Может быть…
— Герман, нам нужны лошади.
Подойдя к прилавку, я взял лист бумаги и вернулся к столику. Иногда, раздумывая, я любил покрутить что-то в руках, почертить палкой на песке или карандашом на бумаге.
— Скоро народ потянется ужинать, — предупредил Герман. — Еще рано, но в этом городе все делают рано.
— Она может пригодиться. У меня ничего не получается.
— Мэгги.
Мы с недоумением смотрели на него.
— У Мэгги есть лошади. С полдюжины прекрасных чистокровок, подобных которым вы никогда не видели. Мэгги в свое время была лихой наездницей. Во всей округе нет таких лошадей, как у нее, и эти парни — Хенри, Прайд Хоуви, Джон Топп и иже с ними — никогда о них не подумают. Все они здесь новички. Они слыхом не слыхивали о лошадях Мэгги.
— Она разрешит нам взять их?"
"— А! В этом-то вся штука. Может разрешить… если увидит вас. Если вы ей понравитесь. Мэгги очень ревниво относится к своим лошадям. Она больше не ездит, но любит смотреть, как они скачут и резвятся, как солнце играет на их крупах… Если бы вы поднялись к ней да если бы ей приглянулись…
Слишком много «если».
— Какая она из себя?
— Мэгги? — Герман помолчал, обдумывая ответ. — Она далеко не молода. Многого нагляделась. Некоторые говорят, что она в свое время работала танцовщицей.
— Индеец?
— Из племени кикапу. Большой и старый. У него лицо такое, будто он пережил две жизни, но он сильный. Все, за что ни возьмется, горит у него в руках. У большинства индейцев, которых я видел, длинные и сухие мышцы. У него — нет. Он сложен, как борец, и был борцом. Причем одним из лучших борцов во всех племенах. Говорят, его никто не победил.
