Автор
Доброе утро, чудесный мир! Я пробегаю через турникет с живым задором и жестами. Коллеги из отдела Миша Кологривый и оперативный дежурный Сенечка Юрьевич реагируют на меня по-разному: один издевается, другой приветливо машет.
Теперь он целует мои щеки и нежную кожу на веках.
— Нет… Я не про духи. Про тебя. Мне твой запах нравится.
— И на что он похож?
Тимур тяжело вздыхает.
Я смеюсь.
Просто он такой прямой всегда. Рациональный и логичный. Вот кому не нужен никакой искусственный каркас. Конечно, ему сложно описывать то, чего как бы нет, но я чувствую, как мой майор старается. Подбирает слова. Мозги и фантазия почти скрипят.
— Не знаю, — в итоге произносит. — Боюсь показаться идиотом…
— С ума сошел? Я так никогда не подумаю.
Морщу носик, а Тимур тут же его коротко целует и тяжело вздыхает.
— Ты пахнешь апельсинами и кофе, Валерия.
— Как Чебурашка?
— Да какая Чебурашка? — хохочет он.
— А почему именно апельсинами и кофе-то? — Становлюсь вдруг серьезной.
Очень важно это понять, потому что обычно девушкам говорят, что они пахнут розами, ванилью или, в крайнем случае, морем. Знала, конечно, что майор не сильно романтичный, но все равно расстроилась…
— Не знаю, — проговаривает Тимур задумчиво. — Просто больше всего я люблю апельсины и кофе… И тебя.
— Любишь? Меня? — удерживая простынь, приподнимаюсь.
— Конечно, — отвечает он спокойно.
Так, будто я спрашиваю его, что именно он ел на завтрак или каким бензином заправляет свой зеленый джип.
— И как твоя любовь сочетается с джинджеризмом? — хитро спрашиваю.
— Что это такое вообще? Какая-нибудь очередная болезнь, которую ты вычитала в энциклопедии?
— Джин-же-ризм, — повторяю по слогам, дирижируя пальчиками в воздухе.
— А я уже джинджеролюб, — перебивает он меня, резко переворачивая на спину.
— И, надеюсь, блондинкофоб? — в такой форме высказываю свой главный страх.
Бойцов смеется и зажмуривается от счастья, а потом торжественно сообщает:
— Жуткий блондинкофоб и самый главный джинджеролюб!
Глава 32
— Где ты их берешь? Никогда не видел ничего подобного.
Смеюсь, застегивая платье и смотрю под ноги."
"— Ты про колготки? А вот есть места.
Бойцов крепко обнимает меня сзади и, склонив голову, размещает подбородок на моем плече.
Время замирает, словно в сказке.
Открыто смотрим друг на друга в отражение зеркала. Мое черное платье резко контрастирует с белизной мужской сорочки, а красная помада смотрится торжественно.
— На одни красные колготки я уж точно не позарюсь.
