Дити не собиралась попустительствовать нахалке:
— Муния! Ту кахе айсан кайл карала? Ты что себе позволяешь? Как не стыдно! Сейчас же прикройся!
Послушно занавесившись, Муния примостилась на лавку, но Дити заметила, что притворная скромница все еще переглядывается с парнем, и пихнула ее локтем в бок:
— Айсан мат кара! Как ты себя ведешь? Что люди подумают!
— Да я просто слушаю, чего он говорит, — проворчала Муния. — Нельзя, что ли?
И впрямь, лодочник безостановочно тараторил, тыча пальцем по сторонам:
— Слева опийные склады… славное местечко, чтоб забыться, а?.. Вот уж где бесконечное счастье…
Парень беспрестанно вертелся, переглядываясь с Мунией. Дити воззвала к мужчинам:
— Это чего ж он несет! Сколько еще терпеть всякие пакости? Не знаете, что делать? Покажите характер!..
Безрезультатно — мужчины тоже слушали, разинув рот; им еще не доводилось живьем видеть городского болтуна, и они зачарованно ему внимали, прекрасно понимая, что неуклюжие попытки осадить шельмеца вызовут шквал его насмешек.
Шлюпка свернула в канал, и лодочник показал на маячившие вдали мрачные стены:
— Тюрьма Алипор, самая жуткая темница в стране… Знали б вы, как там пытают и мучают!.. Ничего, скоро узнаете…
Напитанные разными слухами, переселенцы беспокойно переглянулись, и один спросил:
— А зачем нам туда?
— Вам не сказали, что ли? Велено доставить вас в тюрьму, — без запинки ответил парень. — Там из ваших мозгов вытянут воск для свечей."
"Народ дружно ахнул, и лодочник снисходительно хмыкнул:
— Да нет, шучу. Нам не туда. Везу вас на погребальный причал… Вон, видите дым костров? Там вас поджарят живьем.
Новый ошалелый вздох еще больше его развеселил.
— Чего ржешь-то? — не вытерпел муж Чампы. — За дураков нас держишь? Смотри, врежу!
— Сиди уж, дубина деревенская! — расхохотался парень. — Веслом угощу, вмиг за борт брыкнешься!
Готовая разгореться драка не состоялась, ибо лодка причалила к поляне, усеянной пеньками и щепками от недавно срубленных деревьев. В центре ее полукругом стояли три больших, крытых соломой сарая, а чуть в стороне виднелись колодец и скромненькая молельня, рядом с которой на шесте реял вымпел.
— Вылазьте, вам сюда, — сказал лодочник. — Новый загон, поспели возвести к прибытию баранов…
— Сюда? Ты че, опять шутишь?
— Сказано же…
Переселенцы застыли, не веря, что им уготован столь мирный уголок.
— Живо выгружайтесь! Только мне и дела, что с вами вожжаться!
Выбравшись из лодки, Дити подтолкнула вперед Мунию, но ее бдительная охрана не помешала парню полыхнуть улыбкой:
— Тетеньки, не злитесь! Я не хотел вас обидеть… Меня зовут Азад, ласкар Азад.