Эпическая сага о судьбах людей разных сословий, которых ветер истории сводит на борту шхуны «Ибис». Разорённый раджа, сирота-француженка и беглянка встречаются в пути, полном опасностей и неожиданных поворотов. Их истории переплетаются в грандиозном путешествии через океан в неизвестное...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Маковое Море»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Эпическая сага о судьбах людей разных сословий, которых ветер истории сводит на борту шхуны «Ибис». Разорённый раджа, сирота-француженка и беглянка встречаются в пути, полном опасностей и неожиданных поворотов. Их истории переплетаются в грандиозном путешествии через океан в неизвестное...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Амитав Гош Книги о приключениях|Путешествия и география подборки серии
Эпическая сага о судьбах людей разных сословий, которых ветер истории сводит на борту шхуны «Ибис». Разорённый раджа, сирота-француженка и беглянка встречаются в пути, полном опасностей и неожиданных поворотов. Их истории переплетаются в грандиозном путешествии через океан в неизвестное...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Калькуттские дамы, которые могли похвастать хоть каким-то образованием, были наперечет и хорошо известны в его кругу, но ни одна из них открыто не призналась бы во владении английским — этот порог еще не пересекли даже самые либеральные семьи. И вот еще одна загадка: все городские образованные дамы происходили из зажиточных семейств, и потому казалось невообразимым, чтобы их отпустили в плавание вместе с переселенцами и осужденными. Но вот одна такая здесь — кто же она?
Дождавшись, когда расспросы угаснут, Нил приложил губы к отдушине и сказал на бенгали:
— Надеюсь, тот, кто столь учтив к собеседникам, не воспротивится еще одному вопросу?
Изящная фраза и благородный выговор тотчас насторожили Полетт; она сидела спиной к камере, но сразу поняла, кто говорит, и догадалась, что ей устраивают какую-то проверку. Полетт знала, что ее бенгали отличает легкая вульгарность речников, подцепленная от Джоду, и потому, тщательно подобрав слова, ответила в том же стиле:
— От вопроса вреда нет; если ответ известен, его непременно дадут.
Усредненность выговора не позволяла определить, откуда она родом.
— Позвольте справиться о названии упомянутой книги, — продолжил Нил. — Той, что стала кладезем информации об острове Маврикий.
— Я запамятовала. Разве это столь важно?
— Чрезвычайно. Я перерыл свою память, однако не нашел в ней книги на нашем языке, содержащей подобные факты.
— На свете так много книг, — отразила выпад Полетт. — Разве все упомнишь?
— Верно, все не запомнишь, — согласился Нил. — Однако число книг, отпечатанных на бенгали, пока не превышает пары сотен, и некогда я гордился тем, что владею ими всеми. Вот что меня заботит: неужто какую-то я пропустил?
— Упомянутая книга еще не издана, — быстро нашлась Полетт. — Это перевод с французского.
— Ах, вот как? Не соблаговолите ли назвать имя переводчика?
Смешавшись, Полетт назвала первое пришедшее в голову имя — конторщика, что обучал ее санскриту и помогал отцу в составлении каталога:
— Его зовут Коллинот-бабу.
Нил тотчас узнал это имя:
— Правда? Вы говорите о конторщике Коллиноте Баррелле?
— Именно о нем.
— Но я хорошо с ним знаком, он давно служит у моего дяди. Смею заверить, Коллинот ни слова не знает по-французски.
— Я хотела сказать, он помогал переводить, — поспешно исправилась Полетт. — Французу, Ламбер-саибу. Я же была ученицей Коллинота-бабу, и порой он давал мне листы в переписку. Вот так и я прочла книгу.
Нил не поверил ни единому слову, однако не мог придумать, как вытрясти правду.
