А пока эмоциональной ни к кому и не возникает, – виртуозно вру я, думая о Престоне и о том, какие чувства он во мне пробуждает, а не тупое желание сбросить сексуальное напряжение.
– Кстати, – резко перевожу тему я. – Ты обещал показать мне портрет! – огибая Ильдара, направляюсь в сторону голубой гостиной, возвращаясь в атмосферу китайской культуры и азиатских мотивов, преобладающих в декоре комнаты.
– Нет, Рика, – Ильдар с силой дергает меня за запястье, заставляя меня замереть на месте и смерить его цепкую хватку на моей коже возмущенным взглядом.
– Тебе есть что скрывать? Или в твоем секретном тайнике я не первая, кого ты хочешь скрыть от посторонних глаз? – устраиваю допрос с пристрастием я, пытаясь прочитать истинные мысли Ильдара.
– Я еще сам не видел картину. Потом, Рика. Приходи в гости, когда она будет украшать одну из стен гостевых спален, – согласитесь, приглашение очень даже тянет на «ядовитого любовника». Ильдар ведет себя более чем подозрительно.
– Я и передумать могу. Насчет своего портрета, – скрестив руки на груди, смерила его испепеляющим взглядом.
– Не злись, детка. Прошу тебя. Правда, позволь мне самому сначала насладиться картиной. У меня есть особый пунктик на этот счет. Я эстет, и хочу насладиться работой Престона в гордом одиночестве, – напускает туману Видад, заставляя мое сердце биться чаще, но не от возбуждения, а от страха и неприятия того факта, что он ведет себя так, словно ему есть что скрывать.
– Что ж, одинокий ценитель искусства, – небрежно бросаю я. – Надеюсь, мой портрет ты будешь защищать от посторонних взглядов с таким же рвением. До встречи, Ильдар. Мне идти пора, – вырываюсь из его хватки, и отправляю воздушный поцелуй, перед тем, как скрыться в коридорах дома: – Orevoir!
Покидая голубую гостиную, не могу сдержать ехидной улыбке: и здесь я установила прослушку и над телефоном Ильдара поколдовала, внедрив внутрь микро-чип, пока он выходил в другую комнату. Все-таки в подобных мелочах и заданиях мне нет равных, хотя гордиться пока здесь нечем.
* * *Уже следующим утром, я набираю телефон Престона. Не знаю, почему так рано, скорее для того, чтобы сбросить мучительную с бессонной ночи тревогу и волнение, сдавливающее грудь:
– Да, – чувственным, хрипловатым ото сна голосом, отвечает Престон. Черт его подери. Простое «да», а у меня душа в пятки уходит от мужской энергетики, проникающей даже по радиоволнам.
– Сегодня вечером у меня есть время для работы с тобой, Престон, – деловым тоном заявляю я.
– Так быстро? Вау, девочка. Настолько не терпится приступить к детальному изучению моей техники? – что-то внутри меня надрывается, когда слышу легкий мелодичный смех на заднем плане. Черт.