Она не увидит меня, не различит склонившийся зловещий облик над ее кроватью, даже если откроет глаза. Но она не откроет. Эрика в фазе глубокого сна. Я определяю это по дыханию, по выражению лица, расслабленному и уязвимому. Да, я вижу ее, отчетливо, как днем. Мое зрение – такой же феномен, как и память. Но свои особенности я отрабатывал много лет. Они не даны мне с рождения. Все, что было даровано Всевышним, давно отнято и покрыто пеплом. Но я не из тех, кто мстит и спорит с Всевышним, я наполняю пустоту действием, и оно тушит ярость и гнев. Любая остановка – опасна. Я выхожу из-под контроля, срываюсь, остро ощущая фальшь, пропитавшую каждую сферу моего существования. Это сложно, чертовски сложно жить так, словно тебя нет и никогда не было.
Эрика шумно выдыхает, переворачиваясь на спину, зажимая шелковое одеяло между обнажёнными стройными бедрами, откидывает одну руку за голову. Мой взгляд отрывается от приоткрывшихся полных губ, устремляется ниже, сфокусировавшись на груди с торчащими розовыми сосками. Распутница даже спит голая. Она ждет своего Дракона во всеоружии. Она точно знает, что ему нужно. Какое лакомство заставит его изрыгать пламя, оставляя ожоги на смуглой бархатистой коже.
Я становлюсь на колени рядом с кроватью и, опуская голову, вдыхаю аромат ее постельного белья, чистый, нежный, чувственный. Подняв ладонь, я почти касаюсь подушечками пальцев ее сосков, оставляя пару миллиметров, но и они твердеют, черт бы их побрал. Гребаная магия с первого взгляда, зависимость с первого прикосновения.
Рика беспокойно вздрагивает, вытягивая ноги и сжимая коленями оделяло. Прежде чем уснуть она ласкала себя, думая обо мне, презирая и пугаясь собственного влечения. Я знаю это. Просто знаю и все. Эрика пахнет желанием, я отлично изучил аромат ее тела в момент возбуждения. Я не должен представлять, как она это делала, как раздвигала бедра, отчаянно лаская себя, проникала пальцами в горячую влагу, кружа вокруг клитора, как кусала губы, выгибаясь от наслаждения и ярости. Я не должен, но, черт возьми, я думаю только о ней с момента нашей встречи. Целую вечность я не был так зациклен на одной женщине. Я был свободен от зависимостей, способных сделать меня уязвимым, привести к недопустимому промаху, ошибке, которая может разрушить все, что я создал.
Ее бедра в кромешной тьме будоражат мысли, заставляя меня подыхать от похоти. Я могу сделать это. Прямо сейчас. Взять ее сонную. Теплую, ничего не соображающую в объятиях Морфея, развести ее ноги и вылизать снизу так, что она выкинет из головы весь тот бред, который успела себе напридумывать. Мы бы разобрались с ее фантазиями чуть позже, а некоторые, возможно, воплотили бы в реальность.