Потерпевшей поражение агентке Эрике Доусон доверяют опасное задание: стать приманкой в лагере работорговцев посреди пустыни Махруса. Рискуя жизнью ради раскрытия преступной сети, она должна завоевать доверие врагов и выжить в безжалостных песках, где одна ошибка может стоить ей всего.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Мактуб. Пески Махруса»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Потерпевшей поражение агентке Эрике Доусон доверяют опасное задание: стать приманкой в лагере работорговцев посреди пустыни Махруса. Рискуя жизнью ради раскрытия преступной сети, она должна завоевать доверие врагов и выжить в безжалостных песках, где одна ошибка может стоить ей всего.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Потерпевшей поражение агентке Эрике Доусон доверяют опасное задание: стать приманкой в лагере работорговцев посреди пустыни Махруса. Рискуя жизнью ради раскрытия преступной сети, она должна завоевать доверие врагов и выжить в безжалостных песках, где одна ошибка может стоить ей всего.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Примерно в таком же положении меня подвесил и Престон, когда я пришла позировать в его мастерскую. Лаская мои губы, соски и бедра кистью… как я могу думать об этом в такой момент? Но я думаю и вспоминаю до мельчайших деталей. То, как хотелось бесконечно и безудержно касаться низом живота его мощного члена, двигаться бедрами против твердой длины, даже сквозь хлопковую ткань чувствовать его и видеть выражение сладкой боли, сводящее скулы Джейдана, когда он кончил прямо в штаны. Наш первый поцелуй, жадный и глубокий, самый горячий в моей жизни, проникновенный… мать его, меня ведут на какой — то аукцион, где планируют продать алчным ублюдкам, а я ощущаю первый за несколько месяцев прилив жара к области бедер. Что он сделал со мной своей кистью? Или, может, эти воспоминания просто помогают мне отвлечься от того, что предстоит пережить сегодня? Как бы там ни было… мне хоть немного от этого легче.
— Я бы за нее поторговался, Ясин, — обращается один к другому, пока оба ведут меня по коридору, и судя по всему, к центральному, подсвеченному со всех сторон шатру, двигая по плотной нити, словно марионетку, подвязанную за тонкие ниточки. Так и есть, и сейчас это не метафора. — Отдал бы всех своих верблюдов и Хаммер.
— И этого все равно бы не хватило, — с насмешкой отвечает Ясин, бросая плотоядный взгляд на мой обнаженный живот и выпирающую из откровенного лифа грудь. Мрази. — Торг за эту шармуту начинается с пятисот тысяч долларов. Чем ты так ценна, шлюха? — обращается ко мне, прикасаясь к плечу, вырывая из моих губ недовольное шипение. — Вы все здесь шлюхи. Все женщины были рождены, чтобы быть шлюхами и инкубатором для рождения наших детей, — злобно выплевывает Ясин, и мне приходится до боли прикусить язык, что бы не ответить ему колкостью, оскорблением, или вдарить между ног, как и ублюдку Азизу."
"Такое отношение к женщинам прививают всем завербованным в «Шатры» с рождения, и это просто отвратительно. За границей Асада, где женщины могут быть самостоятельны и почти независимы от своих мужчин, в глубинах пустыни процветает полнейший патриархат и неоправданная жестокость.
Наконец меня заводят в центральный шатер. Представление только начинается, а руки уже болят от того, что приходится держать их высоко над головой, но это все мелочи по сравнению с тем, что происходит, когда я вижу, что такое «аукцион», и едва сдерживаю выдох, выдающий мой обнаженный страх, обжигающий нутро похлеще парализующего яда.
— Добро пожаловать на «Икбаль эмир» — лучший аукцион по продаже наложниц на Ближнем Востоке, — торжественным голосом объявил один из моих похитителей, пока я с глубочайшим чувством внутреннего опустошения рассматриваю то, что происходит внутри огромного шатра.
