Ее пребывание здесь было бы абсолютно безопасным, — я резко разворачиваю Эйнин к себе вместе со стулом, и ее пронзительный взгляд впивается в мое лицо. Она успешно справилась с первоначальным шоком и частично осознала шаткость своего положения. — И мне не пришлось бы срочно перестраивать свои планы, чтобы сохранить жизнь одной неугомонной идиотке, — наклонившись, добавляю я.
— Я бы не поехала сюда, тем более с незнакомым человеком, — четким уверенным тоном произносит она, вызывающе глядя мне в глаза. — Я вообще никогда не собиралась возвращаться в Анмар.
Скрипнув зубами от вспыхнувшей ярости, я отворачиваюсь и отхожу к окну. Сунув сжавшиеся в кулаки руки в карманы светлых свободных брюк, я какое-то время слепым взглядом смотрю на внутренний двор и подъездную дорогу. Черт, совсем забыл о времени. Взглянув на часы на запястье, облегченно перевожу дыхание. Еще десять минут. Пора заканчивать этот фарс. Я вздрагиваю от неожиданности, почувствовав нежное прикосновение женской ладони к своем плечу, в следующую секунду Эрика прижимается щекой к моей спине, обнимая торс руками. Черт знает, что творится. Мы молчим несколько мучительных секунд, слушая учащённое дыхание друг друга и гулкое биение сердец. Я ожидал истерики, допросов, обвинений, новых обещаний отомстить мне самым жутким образом, но никак не ласковых объятий и не тех слов, что она произнесет далее тихим, проникающим под кожу голосом:
— Чтобы ты ни говорил сейчас, во что бы ни ввязался, я знаю, что ты делаешь это ради благих целей. Я знаю, чувствую, что ты хороший человек с правильными принципами и целями, — согревая мое плечо теплым дыханием, шепчет Эрика. — Другого бы я не полюбила. И мне безумно страшно, что они доберутся до тебя быстрее. Я верю в тебя, Джамаль, и люблю. Сильнее, чем ты, можешь себе представить. Но если бы не задание, я бы даже под страхом смерти не приехала в Анмар сама. И это тоже правда. Мой разум принимает, что существуют семьи, где две, три, четыре женщины любят одного мужа и счастливы, но сердце никогда не примет подобный вариант отношений.
— Примет, — твердо и безапелляционно заявляю я, накрывая ее ладони, сцепленные на моем напряженном прессе своими. — Через пять минут сюда приедут трое мужчин. Два представителя шариатского суда и мулла.
— Зачем? — растерянно спрашивает Рика, пытаясь отстраниться и убрать руки, но я силой удерживаю их.
— Чтобы оформить никах, — решительным тоном сообщаю я, ощущая, как ее тело застывает за моей спиной. — Все решено, Эйнин.
— Это… невозможно, — дернувшись, надтреснуто выдыхает Эрика. — Незаконно, в конце концов. Джамаль, мои документы фальшивые. Этот брак будет недействительным.