Женщина, потеряв всё ради любви, вынуждена начать жизнь заново. Предательство любимого превратило её в мишень опасных врагов. Теперь ей нужно выжить, полагаясь только на себя, и найти в себе силы не просто выстоять, но и отомстить.
— А настроение как? Не отвечай, я сам угадаю. — В его голосе слышится улыбка. — Нормальное?
— Совершенно верно. — Поборов желание рассмеяться, я срываюсь в быстрый шаг. — Оно у меня нормальное.
— Увидимся?
Этот короткий вопрос, подобно конфетти, взрывается внутри меня сочными красками. Еще одно доказательство того, что рядом с Севером я перестаю себе принадлежать. Он имеет власть над моим настроением.
— Проблемы со связью или ты задумалась? — шутливо уточняет он в ответ на мое затянувшееся молчание.
— Окей, давай увидимся. — Досадливо поморщившись, я тру переносицу. — У меня в любом случае есть к тебе дело.
— Звучит интригующе. Ты где сейчас территориально? Я тебя заберу.
— Через пять-семь минут буду рядом с домом.
— Так быстро я не сумею подъехать. Буду через полчаса.
— Ок, — говорю я, перед тем как повесить трубку.
Обиды обидами, но с Севером мне действительно нужно многое обсудить. Раз уж Андрей вышел из игры, мне нужен новый гарант безопасности, и Север единственный, кому я готова довериться в этом смысле. Даже если для начала придется рассказать ему часть правды. С деньгами или без он будет меня защищать."
"Воодушевленная появившейся ясностью, я ускоряю шаг. Избавиться от обременительного договора с Андреем и на чистоту поговорить с Севером — решение, от которого становится по-настоящему легче.
Сняв блокировку с экрана, я намереваюсь уточнить у Андрея сумму его отступных, однако сделать этого не успеваю. Завернув во двор, вдруг обнаруживаю его внедорожник, припаркованный возле моего подъезда.
Хмурюсь. Мы же расстались не больше часа назад. Что он здесь делает?
Подойдя к водительской стороне дважды стучусь в окно. Опустив стекло, Андрей кивает себе за плечо:
— Присаживайся. Утрясем оплату, чтобы долго не рассусоливать.
Помешкав, я берусь за дверную ручку. Лучше покончить с этим сейчас, чем еще неделю пробыть в состоянии неопределенности.
— Торговаться будем? — пытаюсь пошутить я, забираясь на пассажирский диван.
Вместо ответа раздается характерный щелчок блокировки двери, и машина срывается с места.
54
— Ты что творишь? — испуганно лепечу я, вцепившись в дверную ручку. Дергаю ее раз за разом, но безрезультатно.
— Потолкуем в более приватной обстановке. — Голос Андрея звучит холодно и резко. — Не дергайся. Хуже будет.
Меня начинает мутить. Уж слишком происходящее напоминает сцену четырехмесячной давности, когда бритоголовый пытался силком запихать меня в машину посреди смены в «Итальянских каникулах». Он так же сыпал угрозами.
