В этой книге Василий Каталкин рассказывает историю, которая уже слышали многие раз. Но именно в этом и заключается ее сила — каждая страница звучит новым звоном, даже если вы знаете предыдущие версии. Это не просто вторичная поделка, а тихий шепот прошлого, раскрывающий интригующие слои истории и душ....
Конечно, можно и руку протянуть, народ с понятием, не даст с голоду помереть, но насколько я помнил по книгам, уважение вмиг потеряешь, с таким потом никто дел иметь не будет. Самым последним считалось пойти по миру.
Лодки на берегу, напротив слободы были, у нескольких уже возились рыбаки, готовясь к отплытию, и помощники им явно не требовались. Однако больше меня расстроила группка подростков примерно моего возраста, которая сидела на небольшом возвышении чуть поодаль. Конкуренты. Отношение ко мне с их стороны, судя по неприязненным взглядам, было враждебным, если они еще могли терпеть друг друга, то пришлым, скорее всего, будет от ворот поворот.
— Малец, со мной пойдешь? — Дед махнул мне рукой, — Из пяти одна твоя будет.
Я неспешно поднялся и подошел к нему, демонстративно подозрительно покосился на лодочку:
— А делать чего надо будет?
— Дык чего делать? — Удивился тот, — воду черпать, на веслах сидеть, да в случае чего подсобить.
— Одна из пяти мало, давай одна из трех.
— Ну, давай одна из трех, — легко согласился он, — только черпать не забывай, лодку давно не смолил.
— Да ее не только смолить надо, — хмыкнул я.
— Цыть, малявка, поучи еще, — беззлобно шикнул на меня рыбак.
Лодку перевернули и легко стащили на воду. Приделали весла, накинув кожаные ремешки, загрузили нечто похожее на остроги, но на длинных тонких палках и слегка приплюснутый тубус без дна из березовой коры сантиметров двадцать в диаметре. Дедок сразу перебрался на корму, давая понять, что пора отправлять. Пес заскулил, видимо испугался, что только что приобретенный хозяин тоже сбегает.
— Жди, — подбодрил я его, — никуда от тебя не денусь.
Уж не знаю, понял ли он меня, но скулить перестал. С веслами я разобрался быстро, глубоко в воду не погружал, по поверхности не скользил и больших усилий не прилагал, все-таки опыт прошлой жизни сказался. Судя по тому, что дедок нечасто делал мне замечания, все делалось правильно, он лишь корректировал направление и крутил головой, отыскивая «правильные» ориентиры.
