Автор
Переосмысленная история классической сказки о злой волшебнице. Что стоит за проклятием Малефисенты? Какие события превратили благородную фею в мстительную ведьму? Волшебный роман, раскрывающий скрытые мотивы легендарной злодейки и её сложные отношения с принцессой Авророй.
Раздел Chitat.online для книги «Малефисента. История темной феи» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Переосмысленная история классической сказки о злой волшебнице. Что стоит за проклятием Малефисенты? Какие события превратили благородную фею в мстительную ведьму? Волшебный роман, раскрывающий скрытые мотивы легендарной злодейки и её сложные отношения с принцессой Авророй.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Серена Валентино Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
Переосмысленная история классической сказки о злой волшебнице. Что стоит за проклятием Малефисенты? Какие события превратили благородную фею в мстительную ведьму? Волшебный роман, раскрывающий скрытые мотивы легендарной злодейки и её сложные отношения с принцессой Авророй.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Мерривеза, я вижу, ты опять превысила свои полномочия! – гулко прокатился у них над головами голос Оберона.
– Оберон? – Фея-Крестная тут же порхнула в небо. – Оберон, это ты! Как же я рада тебя видеть! – Она поманила остальных фей. – Девочку девочки, все сюда! Давайте взлетайте и познакомьтесь с Обероном!
Добрые феи пришли в невероятное возбуждение:
– Для нас такая честь познакомиться с тобой, король Оберон!
Исполинский Повелитель Леса приветствовал их улыбкой:
– Да-да, мои малютки, я тоже очень рад знакомству с вами! Ну же, успокойтесь, успокойтесь. Нам нужно многое обсудить и решить много важных вопросов, но все должно делаться по порядку. Первым делом давайте поговорим о сестричках-ведьмах. Почему вы отправили их в царство снов? Без моего позволения такое делать не положено.
Фея-Крестная как будто призадумалась:
– Так ведь я не знала, что ты уже вернулся в мир, о Величайший.
– Верно, верно. Ты никогда не отличалась наблюдательностью. Впрочем, у тебя есть другие таланты, и ты в полной мере проявила их, трудясь над своей подопечной Золушкой, – сказал Оберон.
Фея-Крестная просияла от его похвалы:
– Благодарю тебя, Величайший.
– Однако, дорогая моя посланница, я должен снова спросить тебя, почему ты присвоила себе право изгнать сестричек из мира.
– Нет-нет, не изгнать! – затрясла головой Фея-Крестная. – Ничего подобного! Они продолжают жить, мой король, и живут прекрасно – лучше, чем раньше: ведь теперь их окружает мир, который они создали для себя сами. Там им ничто не угрожает, и в то же время они никому больше не смогут причинить вреда.
– И кто же дал тебе право поступить так? – настойчиво продолжал спрашивать Оберон.
Фея-Крестная снова задумалась:
– Что ж, наверное, я сама. Поверь, Величайший, они творили совершенно ужасные вещи. Они едва не погубили Белоснежку и свели с ума ее мать!
– А еще, – вмешалась Мерривеза, – они чуть не убили Белль, заколдовав волков в землях Чудовища. Не говоря уж о том, что они сговаривались погубить Ариэль и ее отца, короля Тритона! И уж кому как не Фее-Крестной знать, какую роль они сыграли в истории с Золушкой!
– Да-да, все это мне известно. Конечно, так оставить эти преступления нельзя, – согласился Оберон. – Но сейчас меня больше заботишь ты, Фея-Крестная. Почему ты решила, что это твое дело – защищать всех этих девушек? И вмешиваться во все подряд, даже в дела Тьюлип? Ты ведь все время наблюдаешь за ней, хотя она давно уже окружена заботой твоей сестры.
– Я не знала, что Тьюлип под ее опекой. После того как сестра помогла мне восстановить Страну эльфов и фей, я перестала чувствовать ее в этом мире. Но я и подумать не могла, что это из-за того, что она потеряла память. Но как только сестра начала вспоминать, кто она такая, я снова почувствовала ее.
