Но будем считать, что разговор меня увлек, поэтому я хотела бы его продолжить. Допустим, в детстве я всегда мечтала о пиратском кладе… Представляла, как его нахожу и что с ним делаю.
– Еще кофе! – приказал, не поворачивая головы, Шерц, и уже через минуту на маленький столик поставили новый поднос с пузатым кофейником.
Он сам подлил мне черный напиток в чашку, заявив, что для него истинное удовольствие говорить со столь красивой и умной женщиной, всегда мечтавшей не только обнаружить клад, но еще и разумно распорядиться находкой.
– Ну раз так, – усмехнулась я, – то исключительно для поддержания разговора я бы хотела спросить… Как бы вы поступили, попади вам в руки сокровища Лилий? Давайте начнем с их архива.
– Я бы проявил лояльность к властям, – заявил он. – Им не помешает почистить свои ряды, потому что власть Клинки из рук больше не выпустят. По крайней мере, не на нашем веку, Лорейн! Король Хуго вполне разумен и способен делать выводы из собственных ошибок, так что Лилиям или другим заговорщикам на троне Арвейна уже не сидеть. Но перед тем, как отдать архив, я бы предварительно ознакомился со всем, что находится в документах. Потому что знание – это страшная сила, несущая огромные деньги!
На это я склонила голову, но перебивать не стала, потому что Шерц еще не закончил.
– Что же касается денег… – произнес он многозначительно.
– И что бы вы сделали с деньгами?
– Я бы тоже отдал их властям, – заявил мне ломбардщик.
– Неожиданно! – отозвалась я, потому что ничего такого от него не ожидала.
– Сумма настолько огромная, Лорейн, – произнес Шерц с явным удовольствием, – что двадцати пяти процентов от любого клада, причитающихся по законам Арвейна его нашедшему, хватит с лихвой и вам, и вашим детям, и даже внукам с правнуками…
– Если, конечно, королевская власть выплатит те самые двадцать пять процентов, – отозвалась я, вспомнив алчных чиновников в Ратуше. – Заметьте, это всего лишь ваши фантазии, господин Шерц! Никаких сокровищ нет и в помине.
Сказав это, потянулась за второй чашкой кофе. Гулять так гулять!
– Конечно же, нет! – с легкостью согласился он. – Но всего лишь за ничтожные семь процентов я помогу одной невероятно красивой и умной женщине получить то, что ей причитается по закону. О, у меня найдутся и адвокаты, и нужные люди, которые провернут все так, что у власти не останется выбора, как только выплатить ей эту сумму. Думаю, это будет отличная сделка!
– Не существует ничего, – вновь напомнила ему, – кроме шкуры неубитого медведя, от которой, выходит, вы хотите получить семь процентов за свои хлопоты? Как по мне, семь – это очень много. Вам и вашим адвокатам вполне хватит и пяти. Это мое последнее слово.
Немного подумав, Шерц сообщил, что согласен на пять процентов.