Героиня наконец обрела счастье: дядя жив, герцог признался в любви. Но беглая государственная преступница не может спокойно наслаждаться счастьем. Когда над замком взлетает дым пожара, начинается новая борьба за жизнь и свободу.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Маленькая хозяйка большой кухни-3» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Героиня наконец обрела счастье: дядя жив, герцог признался в любви. Но беглая государственная преступница не может спокойно наслаждаться счастьем. Когда над замком взлетает дым пожара, начинается новая борьба за жизнь и свободу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст ната лакомка Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Героиня наконец обрела счастье: дядя жив, герцог признался в любви. Но беглая государственная преступница не может спокойно наслаждаться счастьем. Когда над замком взлетает дым пожара, начинается новая борьба за жизнь и свободу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Маленькая хозяйка большой кухни-3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
- Эбенезер считает, что омлет может приготовить только настоящая леди, - говорила я, одновременно разбивая в чашку восемь яиц, отмеряя половинкой скорлупки молоко, добавляя соли и молотого перца, - но у него самого омлет получается чудесным, а ведь на леди он совсем не похож.
Де Морвиль улыбнулся углом рта, показывая, что оценил шутку. Он сидел очень прямо, плечи были напряжены, и я с болью подумала, что совсем непросто сильному человеку оказаться вдруг слабым и беспомощным. Но Гаррет разберётся, в чём дело… Он долго учился у дядюшки… И надо написать дяде в любом случае…
- Кстати, всё забываю спросить, - я бросила на раскалённую сковородку кусочек сливочного масла и наклонила её из стороны в сторону, чтобы смазать маслом всё дно, - как получилось, что его величество… покойный король, имею в виду… так с вами подружился? Ведь её величество Гизелла не слишком любила вашу матушку… и вас, скорее всего."
"- Эдвард тоже сначала не слишком любил, - отозвался де Морвиль. – Но однажды он сильно поранился, кровотечение никак не могли остановить, а когда остановили, то врач сказал, что Эдвард слишком ослабел и умрёт, и предложил неслыханное – перелить королю чужую кровь.
- Это был дядя? – я застыла со сковородкой навесу. – Тот врач?
- Нет, не ваш дядюшка, - герцог покачал головой. – Тот врач давно умер, но лорд Сен-Меран обучался именно у него.
- И что с переливанием чужой крови? – напомнила я.
- Врач сказал, что нужна родственная кровь. Но её величество была далеко, и тогда я предложил взять кровь у меня.
- И короля спасли…
- Да, Эдвард выжил. После этого он очень переменился ко мне. И я, признаться, переменился к нему. Несмотря ни на что, он был смелым человеком. Не каждый решится, чтобы в его вены залили кровь проклятого.
- Когда захочешь жить, и не на такое решишься, - заметила я и вылила на сковородку яично-молочную смесь. – А как отнеслась к этому королева?
- Была благодарна, - сказал герцог. – Эдвард был единственным наследником престола, и тогда ещё не был женат.
- Вы спасли королевскую династию, - омлет начал схватываться, и я осторожно двигала его деревянной ложкой, чтобы он пропёкся со всех сторон. – А могли бы и не спасать. И тогда остались бы единственным наследником.
- Незаконнорожденным, - напомнил де Морвиль. – А вы говорите, как моя тётушка.
- Только не сравнивайте меня с леди д`Абето, - быстро сказала я, не зная – воспринимать это как комплимент или как наоборот.
- Но вы сами, Сесилия, - произнёс герцог, - смогли бы смотреть, как умирает самый родной вам человек? Даже если бы вам предложили трон за его смерть?
- Нет, не смогла бы, - сказала я после некоторого молчания. – И за это я уважаю вас, Ричард де Морвиль. Уважаю до безобразия. И между прочим, переживаю рядом с вами чувство собственной моральной неполноценности.
