Автор
Белье охладил вино: мы приехали домой через долгую рабочую неделю, и это было самым теплым моментом возвращения. Отчаянно пытаясь держать наши отношения на поверхности, я заметила, как заботы стали давить на междугородную связь, но надежду сохраняла — она не могла полностью угаснуть....
Но того Олега, который тебя любил, и возможно, которого когда-то любила ты больше нет.
Действительно, в его глазах не было ни одной живой эмоции. Он сидел с циничным, непроницаемым лицом и смотрел на меня слегка прищуренным взглядом, а я дрожала и понимала, что больше не знаю этого человека.
— Рома, мой водитель останется с вами. Твой номер у него есть. Он отвезёт вас завтра в Иваново, ты соберёшь необходимые вещи и вернешься с сыном в Москву. Я снял вам хорошее жилье в элитном доме. У тебя будет помощница по хозяйству и няня.
— Ты не имеешь права так поступать…
— Почему? — тихо спросил он и затушил окурок.
— Потому что нас больше нет, а я не твоя жена, чтобы выполнять эти приказы.
11
Все внутри сжалось от его слов и не разжималось. Я смотрела в темноту его глаз и мне было не по себе. Куда ни тронь, какую тему не подними — больно.
— Два года назад я приезжал к тебе во Владимир. Хотел поговорить. Спросить чего тебе не хватало. Приехал, и как дурак стоял около часа у дома, размышляя над тем нужно нам это или нет. Поднялся в квартиру, а твоя мать сказала, что тебя нет, и когда ты будешь она не знает; что у тебя другой мужчина и лучше бы я уезжал и не мешал твоему личному счастью.
Да, я помнила этот день. Это был предпоследний раз, когда мы встречались с отцом Миланы. Я возвращалась домой из магазина, когда его амбал-охранник затащил меня к нему в машину. Муратов был проездом во Владимире, извинялся, что так все получилось с его дочерью и Олегом, что я еще обязательно буду счастлива. Говорил, что может помочь с работой и жильём. Мне в тот момент мама позвонила и сказала, что ей стало плохо.
