И хочется подразнить его. Не отказываю себе в удовольствии.
– Но я не владею языками. Только языком…
– Так… – хмурится. – Ты бы пошла?
– Я не пошла. Не люблю угождать. Но не вижу в этом ничего критичного. Это же не проституция. К тому же, мне поручено сопровождать одну капризную персону на работе.
– Крис?
О, нет! Гораздо, гораздо более капризную!
– Тебя…
– Я капризный!?
И я уже смеюсь в полный голос над его возмущением.
Забирает мой кофе. Делает глоток.
– Я могу делать всё, что захочу?
– Абсолютно, – кивает он.
Ура-ура-ура! Ням-ням!!
– Ребята, сейчас мы будем меня радовать, – хлопаю в ладоши, привлекая внимание. – Оголяем торс и улыбаемся мне – вежливо и харизматично!
По толпе шепоток, ухмылочки, двузначные комменты.
Ах, какие плохие мальчики! Вы думаете, я тут с вами заигрывать собираюсь? Не-е-ет… Посмотрим, кто из вас может удержать субординацию в такой ситуации.
И я отбираю тех, кто не позволяет себе вольностей.
– Да, да, да, нет, нет, да, нет… – указываю им на разные стороны зала.
И тут тот самый, что обещал ждать.
– Ты похожа на Багиру…
Ах, ты зараза! – разворачиваюсь к нему. А я так хотела тебя взять.
С сомнением смотрю на него.
– Бери… – шёпотом.
– Если только в рабство, – тоже шёпотом.
– Да!! – беззвучно.
Шкодно закусывает губу.
Вкусный...
– Ладно,– соизволяю я. – Пока «да». Раз, два, три, четыре, семь, девять…
Быстро пересчитав оставшихся, отпускаю остальных.
– Сейчас помогу, – подключается Олег. – Qui qualcuno parla italiano? Parle en français ? Auf Deutsch?
Господи! Кончить можно от его произношения! И как мелодика внезапно меняется при уверенном переходе с одного языка на другой.
А мне всегда казалось, что немецкий звучит некрасиво! Восхитительно всё у него звучит!
– Ich spreche! – поднимает руку один.
Олег кивает ему, хотя этот немецкий совсем не такой вкусный.
– Tell me something in English?
Отбирает еще четырёх парней, которые решаются ему что-то ответить.
– Ещё какие-то языки?
– Латынь! – нахально улыбается мой харизматичный.
– Tu medic?
– Discipulus …
– Иди, – вздыхает Олег.
– Женя, обязательно бери «немца», возьмёшь борзого медика – будешь отвечать за все его косяки лично передо мной. Погоняй их по этикету. Будут равны – бери тех, у кого есть гуманитарное высшее.
– Будет сделано, Ваше Величество!
Ах, спасибо за медика! Я его ещё не распробовала полностью, чтобы отпустить.
Отворачивается к выходу.
– Это было… – я снижаю голос, чтобы слышал только он, – сексуально...
– Oui? – не поворачиваясь. – C'est une arme…
Ооо… да… ещё!
Даже не представляю, что это значит, но я согласна, чёрт возьми!
Выходит.
Полчаса прогона по основам этикета, и я оставляю-таки медика, немца и ещё одного улыбчивого мальчика.
– Остальные свободны. Контакты оставьте Лилии на ресепшене второго этажа, будет расширяться штат – я вам позвоню.