– Девушка… приехали…
Да? Куда? Кто Вы? Ничего не соображаю. Всё плывет...
Но он помогает мне выйти, доводит до двери родительской квартиры, сдавая с рук на руки. Дверь закрывается, я чувствую, как всё крутится и отдаляется.
– Женя! – вскрикивает мама.
Потолок почему-то высоко-высоко... А затылок болит...
Чувствую, как мои щёки начинают гореть ещё сильнее, у мамы холодные ладони.
– Скорую вызывай! Горит вся… Под сорок точно!
Вокруг всё вертится… вертится... вертится...
Меня куда-то везут…
Несут…
Темно...
Мне почему-то страшно…
Потом светло...
А потом больно…
А потом вырубает...
И снова свет!
Я пытаюсь убрать от себя чужие руки… На меня ругаются… И снова делают больно.
Утро?
Белое всё… Опускаю глаза… Нет… Ниже – синее. Как в больнице... Или не как?
Меня мутит… И кашель не даёт лежать на спине… И морозит…
И какая-то пожилая женщина рядом. Она разговаривает со мной ласково… Я не понимаю, о чём…
– Попей…
Делаю глоток.
Мутит… Еле сдерживая тошноту, падаю обратно, закрывая глаза…
Меня то включает, то отключает…
Уколы ужасные… Всё горит от них…
Я не знаю, какой день я здесь.
И как я сюда попала – плохо помню.
Иногда приезжает мама…
И почему-то не становится легче… Встать самой не получается… В глазах звёзды, в ушах шум… тошнота… Даже от запаха еды меня воротит…
Свет включается… Свет выключается…
Свет включается… Свет выключается…
– Пневмония…
– Антибиотик ей не идёт. Нужно менять.
– Теперь уже только после выходных.
– И что нам делать?
– Делайте по протоколу. С вас не спросят.
– Ты видела ее ягодицы? Это же сепсис…
– Да кто такое сказал?! Покраснение есть, да. Поставь ей алоэ, может, рассосётся. Антибиотики не дадут развиться инфекции. Подождёт до среды. Вернется главный врач...
И я опять пытаюсь убрать чужие руки от себя.
Не надо мне ничего ставить… Пожалуйста!!!
– Мама… забери меня…
– Ты что, Женечка! Пневмония! Это же не шутки. Надо лечиться… Врачам виднее… Покушай что-нибудь…
Закрываю глаза. Не могу.
Меня опять морозит. И кто-то закрывает меня сверху покрывалом.
Мне кажется, что это Крис… Крис бы меня забрала… Как жаль, что нет моего телефона…
Свет выключается… Меня уносит куда-то в коматоз… Я и сплю, и не сплю…
Мне снится Олег… Его тихий недовольный голос.
Он кому-то выговаривает опять. Не мне…
Его голос становится тише и исчезает.
Мне хочется плакать… И слёзы льются...
Он бы тоже забрал меня отсюда. Обязательно!
Я открываю глаза…
Свет опять включён. Вижу окно… Но всё выглядит так, как будто я смотрю через огонь.
Покачивается и плывёт.
– Женечка…
Всё сжимается у меня внутри от этого голоса, от моего имени.
Реальный!
– Думала, ты мне приснился… – пересохший язык не слушается.