Автор
Марьванна, куда поставить этот письменный стол? Вспомнив про старые семейные традиции, я с легкостью отмахнулась: "Ой, сами сделайте." А потом услышала предложение помочь из далекого окна. Стоит заметить, что столько людей пришло помянуть Игоря - это явно необычный семейный праздник....
Тяжелое это было время. У меня двое, третий на подходе. И вдруг на таком хозяйстве одна… Да и прикипели мы к Сергеевне, что уж. Вот тогда в нашем доме и появилась первая нянька. Теперь-то постоянно кто-то да на подхвате. Уже привыкли. Юльке скоро семь. В школу на этот год. Кириллу пять с половиной. Дарине четыре. Думали, уже все. Потому что Ивану сегодня мы полтинник справляли. И пусть не выглядел он на свои пятьдесят ни за что, никогда, но… Куда? И так трое! Да и мне уж под сорок…
И вот.
Затошнило. Голова кружится… Грудь, как вымя у Буренки.
– Машка! Марьванна, ты где?
– Ой, привет, Люб, – оглянулась на вбежавшую в открытое французское окно подругу.
– Привет. Ты что зеленая?
– Душно здесь от духовки. Пойдем, на улицу выйдем. И вот… Захвати, пожалуйста. – Ткнула ей в руки блюдо с мясной нарезкой.
– Ну-ну, душно ей. Снайпер-то твой уже в курсе?
И как-то вмиг я расклеилась. Осела на скамейку. Головой из стороны в сторону качнула и тихонько шмыгнула носом.
– Я же гормональный укол сделала! А он…
– Не подействовал?
– Не знаа-а-аю.
– Слушай, а ревешь чего? Дом – полная чаша. Рожай – не хочу.
– Четвертого? На нас и так уже смотрят косо. В магазине, представляешь, что услышала? Что мы Даринку родили ради пособия и льгот.
Тут Любка до того задорно расхохоталась, что я не смогла к ней не присоединиться. Настроение тоже прыгало, как взбесившийся кенгуру. Конечно, предположить, что жена самого богатого в округе мужика рожает ради пособия, могли только полные идиоты.
– Да брось. У тебя уже должен быть иммунитет к сплетням.
– Это правда, – вздохнула я, прикладывая к уголкам глаз полотенце. Мимо с дикими визгами пронеслись дети.
– Может, хоть этот на тебя будет похож, – ткнула меня в бок подруга.
– Что-то уже не верится.
– Мама! Они меня обизя-я-яли.
– Кто мою бусинку обижал? – усмехнулась я, подхватывая на руки младшую.
– Кия! И Миська. Мы им с Юйкой показы-ы-ым! – Даринка погрозила кулачком убежавшей детворе. Тут, будто только и ждала, когда сестра ее позовет, в калитку вошла Юлька. Вот и славно. Я уже начала волноваться. Даринка ужиком сползла с меня и побежала к сестре. Я тоже встала.
– Не тяжело? – забрала из рук дочери банку молока.
– Не-а. Здрасте, теть Люб. Мишка пришел?
– Пришел-пришел. На пару с Кирюхой сестру твою обижают.
