Автор
Учительница Мария Ивановна вызвана в кабинет директора школы. Николай Степанович сообщает о чрезвычайном происшествии, которого за сто лет истории учреждения никогда не было. Разворачивается интригующая история с тайной, способной перевернуть жизнь главной героини и всего школьного коллектива.
Раздел Chitat.online для книги «Маленький грязный секрет (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Учительница Мария Ивановна вызвана в кабинет директора школы. Николай Степанович сообщает о чрезвычайном происшествии, которого за сто лет истории учреждения никогда не было. Разворачивается интригующая история с тайной, способной перевернуть жизнь главной героини и всего школьного коллектива.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Учительница Мария Ивановна вызвана в кабинет директора школы. Николай Степанович сообщает о чрезвычайном происшествии, которого за сто лет истории учреждения никогда не было. Разворачивается интригующая история с тайной, способной перевернуть жизнь главной героини и всего школьного коллектива.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вы что, вообще рабочий чат не читаете?
– Бегу!
Интересно, зачем я понадобилась? Нареканий на мою работу вроде бы не было, а журнал я заполнила, несмотря на то, что система чудовищно зависала весь вечер.
– Вызывали, Николай Степанович?
– Да, Мария Ивановна. Проходите.
Ух ты ж! С каких пор я из Машеньки превратилась в Марью Ивановну? Раньше Шевцов меня звал по имени-отчеству лишь прилюдно. И даже тогда его голос был переполнен иронией, дескать, вырасти, ты, Машуня, выросла, и даже окончила институт, но я же помню тебя еще беззубой глупенькой первоклашкой, так что какая ты, блин, Ивановна? А тут очень официально.
– Да? Что-то случилось?
– Я бы сказал, что случилось ЧП. Пойми меня правильно, в нашей школе никогда за все время ее работы такого не было, поэтому…
– Говорите как есть, Николай Степанович.
– Тут показывать надо.
Шевцов ткнул рукой в компьютер, щелкнул мышкой, выводя на экран отвратительного качества видео, на котором, впрочем, я сумела-таки различить наши с Покровским лица. Кровь со страшным шумом в ушах отлила от головы. Как вода в прочищенную от засора трубу.
Нет, ничего пикантного на том видео не было, мы же секундой спустя задернули шторы, но…
– Вы же понимаете, как это выглядит.
– Да.
– А вы, Машенька, педагог. Пример для неокрепших умов. Нельзя это вот так оставить, вы же понимаете? Если видео распространится…
Стряхнув с себя оцепенение, я кивнула:
– Конечно. – Оправдываться я не считала нужным, поэтому просто еще раз кивнула: – Я все понимаю, Николай Степанович.
Села, предварительно вытащив лист из принтера, и под почему-то удивленным взглядом директора быстро набросала заявление на увольнение.
Глава 5
– Нет-нет, что ты? Зачем же так спешить, Марь Ванна? Посреди четверти. Увольнение? Где я тебе физичку возьму?"
"Увещевания директора я, конечно, слышала, но душный стыд, который меня нагнал, не давал осознать их смысла. Рука с зажатой в ней простой пластмассовой ручкой на пружинке дрожала, строчки выходили кривыми, а щеки по цвету наверняка сравнялись с яблоками популярного сорта «макинтош», которые в этом году здорово уродили в саду у Шевцова, а теперь лежали в вазе на подоконнике.
– Все нормально, Николай Степанович. Сколько там положено? Две недели? Я их обязательно отработаю. Всего доброго. И… спасибо.
Я выскочила за дверь, хотя видела, что Шевцов явно хочет еще что-то добавить к сказанному.
Однажды я прочитала у одного известного психолога, что человек проживает не ту жизнь, к которой готовился. Не ту, о которой мечтал. Не ту, которой достоин, а ту, на которую он решился. И знаете, я тоже так думаю. В конце концов, я действительно решилась, бросилась в омут с головой, и в том месте, где заканчивался стыд, я даже собой гордилась. Но на этом все. От моей решимости ничего не осталось.
