Автор
Что может быть общего у матери-одиночки и главного ловеласа города? У нее особенный ребенок и ветер в карманах. У него в карманах деньги, а в ящике стола пухлый блокнот любовных похождений. А у февраля на этих двух свои планы.
А я насторожилась и впитывала каждое слово.
— Мы уже не надеялись, — вступила тетя, — что Георгий заведет семью. Сейчас у молодых другие приоритеты. Они сидят допоздна в своих офисах и совсем не рвутся домой. А ты, кстати, Алисочка, кто по образованию?
Пожилая женщина быстро перепрыгнула с одной темы на другую, я даже растерялась.
— Юрист.
— О, да вы коллеги! — воскликнула Надежда Максимовна.
Я вздохнула.
— По профессии мне поработать не пришлось, трудности с садиком для Маруси. Я немного сидела с детками соседей и помогала некоторым в уборке.
Папа Жоры подошел ближе.
— Не расстраивайся, теперь малая подросла, да и Георгий тебе поможет. Если, конечно, по второму кругу не пойдете, — подмигнул он.
Надежда Максимовна ахнула.
— Я так мечтаю о внуках!
Георгий поднялся с места.
— У тебя их миллион.
Мужчина встал и направился к выходу. Мы все молча проводили его взглядом.
— Вот так всегда, — подвела итог его мама, — ни посидеть, ни поговорить с семьей.
Я тоже больше не могла находиться на месте.
Жору я нашла на улице. Он качал Машку на качелях, которые располагались на территории у дома. Кристина встретилась мне, она вела двух своих маленьких деток в дом. Те, что постарше, играли недалеко в песочнице.
— Прости, — сразу сказала я Георгию.
Тот приподнял брови.
— За что?
Я опустила взгляд.
— Не надо было это все рассказывать. Я испортила всем настроение и выставила себя не пойми кем.
Жора усмехнулся.
— У нас в семье не принято морщить нос от правды жизни. Да и говорила ты только с самыми близкими, по их же просьбе.
— Ты не стыдишься? — осмелилась спросить я.
— Чего? — выдохнул Жора. — Разве того, что обо мне рассказали. Ничего не говори, Алиса. Ты наверняка уловила суть обо мне и серьезных отношениях.
— Ты не заводил романы? — мне хотелось понять.
Георгий усмехнулся.
— Заводил. Но совсем не те, что понравились бы тете и матушке.
Я обняла себя руками и слушала скрип качелей.
— Сейчас глупо говорить, что с тобой все по-другому, и ты, скорее всего, не поверишь. Но, черт возьми, с тобой все по-другому, Алиса. Мне хорошо с тобой, с Машкой. И хочется возвращаться домой.
Я подошла к мужчине, уткнулась лбом в его плечо. Рассказывая о своей жизни родным Георгия, я словно сама вернулась в прошлое.
