Автор
Жанр
Маленькое счастье Клары — это история о невезении и внутренней войне между болью физической и душевной. Я помнила этот день лишь смутными отрывками, как быкот грибов под деревьями, которые пробиваются сквозь листья. В ней нет радости или победы — вместо этого глубокая боль, которая разрывает душу на множество щепок....
К голландской печи хитро присоединялся бак с водой, которая весь день потихоньку нагревалась, и это было для меня невероятным открытием. Вдоль стен сверкали надраенные до блеска медные и оловянные кухонные принадлежности; стол был когда-то выкрашен в розовый цвет, но от частого мытья облез, пестрея въевшейся в щербины краской. За стеклом громоздкого, посудного шкафа, который повариха услужливо распахнула передо мной, были сложены приборы, столовые скатерти и салфетки, предназначенные для повседневного пользования, соусники и доски для рубки мяса.
За большим столом сидел Фрост и пил травяной чай из большой, глиняной кружки. При моем появлении, старик поднялся и ласково сказал:
— Доброе утро ваша светлость. Как вам спалось в «Темном ручье»?"
"— Спасибо Фрост, очень хорошо, — я прошлась по кухне, отмечая чисто выскобленные полы и приятный, неназойливый аромат тмина, плавающий в воздухе.
Старик засиял, словно это был его дом, но ведь по большому счету это так и было в какой-то мере.
— Посмотрите кладовую? — Гуда указала на темную, толстую дверь, с массивными, железными скобами.
— С удовольствием! — все, что окружало меня — вызывало дичайший интерес, и была бы моя воля, я бы рыскала по всем тайным уголкам дома.
Повариха загремела ключами, открывая дверь и пошарив рукой в темноте, взяла огарок свечи. Через секунду, темные глубины кладовой озарил слабый огонек, и мы пошли вдоль полок, заставленных различной снедью.
Оказалось, что здесь хранились разного рода консервации: засоленная рыба, копченое мясо, а так же сыр, яйца, мука, фрукты долгого хранения, картофель, лук и странный для меня продукт — сливы в уксусе. Гуда поведала мне, что в поместье держали свиней и птицу, что существенно влияло на рацион. Так же в кладовой хранилось сливочное масло, закупоренное в глиняных горшочках.
— Что на обед готовить, ваша светлость? — Гуда в ожидании уставилась на меня, а я растерялась.
— Готовь, что привыкла готовить, — я ободряюще улыбнулась ей. — Я, думаю, как и остальные, с удовольствием съем все.
Женщина расцвела от удовольствия и протянула мне ключи, которые я приняла с благодарностью.
Как бы мне хотелось залезть в подвал, я решила повременить с этим, ожидая прогулки с мужем, да и если честно, хотелось понять, где прячется Полин.
