В светлом прошлом Валентина мечтала о безоблачном браке с Рамоном, но реальность разбила ее сердце. Теперь она в одиночестве восхваляет несчастный наряд своего свекра — то ли кремовый, то ли желтоватый, словно отражение ее собственных мечт и надежд, сгнивших под холодом жизни....
Вероятно, он вспомнил вывод, к которому пришла Элена: Антон и Хулио спланировали побег заранее, — но сил спорить с Бельтраном у него не было. Бельтран воспринял молчание отдела как свою победу. Марьяхо едва заметно усмехнулась; она его всегда терпеть не могла. Пару лет назад при помощи фотошопа она одела Бельтрана в костюм гигантского коалы, как у фурри — любителей антропоморфных зверушек. А потом зарегистрировалась под его именем и с этим фото на аватарке на порнофоруме, где фурри-фетишисты ищут сексуальных партнеров.
— Я хочу побеседовать с задержанным, — сказал Бельтран, изучив всю информацию по делу. — Ордуньо, приведешь его в допросную?
Рейес пошла с Ордуньо. У камеры временного содержания на Баркильо их встретила Луиса.
— Нам нужно отвести Антона Колладо на допрос, — сообщила Рейес.
Они передадут преступника Бельтрану и уйдут. Рейес пока не знала, будут ли они вместе, или тот поцелуй был ошибкой и теперь пришло время разойтись.
— Его еще час назад забрали в суд.
— В какой суд? Кто забрал?
— Субинспектор Анхель Сарате.
Дальнейшие расспросы были не нужны. Ордуньо и Рейес поняли: Сарате перешел все границы. Он похитил Антона. Надо было поднимать тревогу, но они не имели права предать друга. Рейес прочла это во взгляде Ордуньо. Они попробуют что-то предпринять, чтобы спасти карьеру Сарате. А может, и его самого.
Глава 68
Восемнадцать сорок две. Станция метро «Соль» расположена в самой глубокой искусственной пещере страны: двадцать восемь метров в глубину, двести семь в длину, двадцать в ширину.
Сарате проводил Антона до чудовищной пасти из стекла и металла, которая служила входом на станцию.
— Думаю, тебе очень хочется меня пристрелить, — упивался своей победой Антон.
— Я просто выполняю приказ. Малютка нужна нам живой.
— Если не установите за мной слежку, так и будет. Я человек слова.
Сарате тошнило от одной мысли, что Антона можно назвать человеком. Он вытащил его с Баркильо при помощи поддельного разрешения на транспортировку в суд. Антону он сказал, что комиссар принимает условия Хулио и отпускает его.
