В светлом прошлом Валентина мечтала о безоблачном браке с Рамоном, но реальность разбила ее сердце. Теперь она в одиночестве восхваляет несчастный наряд своего свекра — то ли кремовый, то ли желтоватый, словно отражение ее собственных мечт и надежд, сгнивших под холодом жизни....
Ческа хотела вырваться, бежать, но ни мышцы, ни разум ей уже не подчинялись.
Глава 2
На стуле у входной двери, уставившись в стену, неподвижно сидела женщина андрогинного вида. Темно-серый мужской костюм-тройка (длинный пиджак, брюки, жилет), белая рубашка (видны манжеты с красными запонками), классический галстук в полоску с виндзорским узлом, как у профессора английского университета. Стрижка короткая, виски и затылок выбриты почти наголо. Но при очевидном стремлении походить на мужчину скрыть свою женскую красоту посетительнице не удалось.
— Она Ческу ждет, — сообщил Буэндиа из-за стеклянной двери так, чтобы его слышал только Ордуньо. — Придется тебе пока заняться ею. Знаешь, кто это?
— Новенькая. Ческа вчера меня предупредила, но собиралась поговорить с ней сама.
— Племянница?"
"Ордуньо кивнул, не дожидаясь, пока Буэндиа произнесет фамилию. После ухода Элены место координатора ОКА комиссар Рентеро сначала предложил ему, но Ордуньо отказался, порекомендовав Ческу. Рентеро упорно твердил, что назначение временное, пока не найдется подходящий кандидат; он никогда не скрывал, что мечтает о возвращении инспектора Элены Бланко.
— Добрый день. Рейес Рентеро?
Женщина вскочила и вытянулась по стойке «смирно».
— Я.
Выглядело это настолько демонстративно, что Ордуньо заподозрил издевательство.
— Спокойно, у нас тут особый отдел. Здесь с формальностями… попроще.
Он протянул ей руку. Она с силой, подчеркнуто по-мужски, стиснула его ладонь.
— Я ожидала встречи с субинспектором Франсиской Ольмо.
Ордуньо улыбнулся: Ческу никто не называл Франсиской. Наверное, в министерских документах это имя значилось, но в ОКА о нем давно забыли. Даже на ее значке было написано «Ческа Ольмо».
— Слушай, тут такое дело, Ческа на судебном заседании, и мы не знаем, во сколько она вернется. Вряд ли ты хочешь прождать ее весь день, так что я тебе помогу. Меня зовут Ордуньо, я тоже субинспектор.
— К вашим услугам.
— Я же говорю, не надо формальностей. Мы тут все на «ты», без церемоний. Пойдем выпьем кофе, я тебя познакомлю с народом, поболтаем. Годится?
— Как прикажете.
— На «ты». И ничего я не приказываю. Тут только твой дядя приказывает.
